Тесаев. Идентификация героев

© 2017 г. З.А. Тесаев

Академия наук Чеченской Республики

УДК 94(47)

ИДЕНТИФИКАЦИЯ ЛИЧНОСТЕЙ ПОЗДНЕСРЕДНЕВЕКОВЫХ ЛЕТОПИСНЫХ ГЕРОЕВ ‘’АБУМУСЛИМА’’ И СУРАКАТОВ И ИХ РОЛЬ В ИСТОРИИ ЧЕЧНИ И ДАГЕСТАНА
(XV-XVI ВВ.)

Аннотация. Статья посвящена проблеме идентификации личностей, упомянутых в кавказских летописных источниках, и их роли в социально-политических и общественно-религиозных процессах на Северо-Восточном Кавказе в период позднего средневековья. Путем сопоставления героев различных хроник и реальных исторических персонажей нами проводится работа по идентификации личности, обозначаемой в дагестанских рукописях и чеченских преданиях под именем ‘’Абумуслим-шейх’’. Поскольку с личностью ‘’Абумуслима’’ связан ряд различных, в том числе и нарративных материалов и преданий о миссионерской деятельности в горах Чечни и Дагестана, определение исторического имени ‘’Абумуслима’’ позволяет пролить свет на социально-политические процессы в регионе в XV-XVI вв. Кроме того, в работе проведен анализ событий, связанных с бегством основателя династии хунзахских правителей Сураката в горы Чечни и последующей кампанией по деоккупации Хунзахского плато от мусульманских миссионеров-завоевателей.
Ключевые слова: Абумуслим, Авар, Аргун, Берс, Ислам, Кумух, нуцал, Окоцкий, русы, Симсим, Суракат, Турлов, Хунзах, Чечня, шамхал, Ших.

До сих пор в чеченской историографии остается мало изученным вопрос о позднесредневековых социально-политических и религиозных процессах в Чечне. Различные разрозненные сведения отсылают нас к проповедникам Ислама: Термаолу, Берса-шейху, ГIада-шейху, Абу-Муслиму и др. [10, с. 290; 18, с. 88, 100, 101; 30, с. 284; 33, с. 56-57] Согласно сведениям различных авторов на протяжении длительного времени в Чечне сохраняются два христианских религиозных центра в Нашхе и Керста-Акке [9, с. 49; 23, с. 264; 30, с. 77]. Не позднее XIV в. христианские храмы обнаруживаются в Хунзахе, у ‘’народа Нахче‘’ [11, с. 50], а также в Тушетии. Об этом сообщается в манускрипте грузинского католикоса Евфимия, в чью юрисдикцию входили перечисленные области [7, с. 133]. Попытки исламизации края терпят неудачу. Не удается добиться успеха в распространении Ислама среди чеченцев и Гирей-хану, отождествляемому исследователями с Нур-Девлет-Гиреем, жившем в XV в. [35, с. 170, 176].
В историко-этнографическом исследовании ‘’Топонимия Чечни‘’ А. Сулейманов пишет о бегстве в область ТIерла после крушения царства Симсим некоего царя Сураката, основавшего в Аргунском ущелье замковый комплекс КIирда-бIаьвнаш, название которого говорит о христианском вероисповедании основателя [12, с. 150; 18, с. 88, 102; 26, с. 94; 30, с. 105]. Косвенно на присутствие в верховьях Аргуна Сураката указывают сообщения о ‘’Муцуле’’ (т.е. нуцале), собиравшем подать с некоторых соседних обществ. По утверждению А. Сулейманова, Суракат, он же Сурака или Сурак-хан (далее – Сурака) и его сын Байра не сумели утвердиться в обществе ТIерла и позднее покинули область. С потомками Сурака связываются и имена чеченских владетели Бийриг Бичча и Элди Талата [10, с. 515; 30, с. 105, 187]. Сам Сурака был современником Бийрига, который, исходя из сведений Н. Е. Иваненкова и А. С. Сулейманова, являлся сборщиком податей Сурака в период его пребывания в верховьях Чанты-Аргуна [12, с. 13; 30, с. 117].
Сведения А. Сулейманова вызывают исключительный интерес, поскольку перекликаются с целым рядом дагестанских летописных текстов, частично согласующихся с данными, изложенными автором ‘’Топонимии…‘’ Так, Сурака и его сын Байар, фигурирующие в хронике ‘’Тарих Дагестан‘’ в качестве нуцалов Хунзаха, один за другим изгоняются мусульманскими войсками из Хунзаха в ‘’область Туш‘’, которая, по данным Ю. Г. Клапрота и Н. Г. Волковой, была населена чеченцами (‘’мисджеги’’) [6, с. 176]. Из Тушетии, исходя из сообщения А. Сулейманова, Суракаты переместились в Аргунское ущелье. Затем в Аварии обосновывается некий шейх Абу-Муслим «в качестве имама, вали и хакима», а шамхал – союзник Абу-Муслима в борьбе против Сурака – возвращается в Кумух. Ряд анахронизмов, употребляющихся при описании этих событий, в том числе упоминание с. Аьршта при отвоевании Хунзаха внуком Сурака Амирсултаном, заставляет усомниться в тождественности летописного Абу-Муслима и завоевателя Дагестана (тоже Абу-Муслима) времен правителя династии Омеййадов Мервана II [35, с. 102-104], поскольку Е. Н. Кушева указывает на 1550-1570-е годы как на время завершения последнего переселения чеченцев с гор на равнину, в процессе которого было основано с. Аьршта [17, с. 69]. Вызывает сомнение также упоминание в ‘’Тарих Дагестан‘’ мусульманского Константинополя и эмира Чуфана сына Султан-Али-бека в качестве завоевателя Дербента и Кайтага [35, с. 100, 101], поскольку Константинополь был взят турками лишь в 1453 году, а личность упомянутого эмира перекликается со сведениями о Чопане сыне Шамхала Али-бека, правившем теми же областями – Дербентом, Кайтагом и Кумухом, но уже в XVI в. [2, с. 119]
Сведения, приводимые в ‘’Тарих Дагестан‘’ о заключении династического брака между ‘’шахом ‘’ тюрков и домом Сурака, разрушении Кумуха, упоминание легкого и тяжелого огнестрельного оружия, имен ‘’Сефи-шах‘’ и ‘’Тахмаспа ‘’ и др. [35, с. 105] приводят В. В. Бартольда, В. Ф. Минорского и А. Е. Криштопа к заключению о датировке упомянутого «разорения турками Кумука» 1582 годом, связывая это событие с периодом османских походов на Кавказ (1577-1612 гг.) [20, с. 24-25]. Оформление самой летописи связывается со временем после указанного 1582 года [16, с. 150-151]. При этом, отождествление, как выражается В. Ф. Минорский, компиляторами ‘’Тариха…‘’ событий XV-XVI вв. с мусульманскими завоеваниями VIII в. определяется им как «набожные чувства» переписчиков, ограниченных знаниями и окружением. В. Минорский пишет: «Любопытно, что независимые правители Ширвана и ал-Баба возбудили мало интереса в компиляторе (переписчике ‘’Дарбанд-нама‘’. – З. Т.), набожные чувства которого обращались главным образом к ‘’славным’’ временам мусульманских завоеваний и обращения неверных. Эта тенденция может указывать на те социальные круги, к которым принадлежал автор компиляции и для которых он писал». Кроме того, исследователь отмечает: «Указание на разрушение Кумука (правильнее – Гази-Кумука) турками, по-видимому, говорит за то, что эта рукопись была написана в период османских походов на Кавказ (1577-1612 гг.) после смерти Шах-Тахмаспа. В целом работа Муллы Мухаммада Рафи’, или ее последняя редакция, — тенденциозный политический памфлет (выд. мн. – З. Т.), имеющий целью обосновать претензии шамхалов на преобладающее положение в Дагестане». В качестве примера политической направленности ‘’Тариха…‘’ В. Минорский сообщает об искаженном переводе хроники ‘’Дарбанд-нама‘’ на кумыкский язык с персидского языка по поручению уже упомянутого ранее Чопана, именуемого исследователями «потомком Гирей-хана» (последний появился на Кавказе лишь в XV в.) [20, с. 23-25].
Таким образом, выводы критиков о датировке «разорения Кумука» союзом сына Амирсултана Сиртана и «шаха турок» 1582 годом позволяет нам отождествить Сиртана или Малика Саратана с правителем Авара Мухаммед-Шамхалом, на чье правление выпадает указанная дата, в чем мы еще более убедимся далее.
Сведения из биографии Чопана и его родного брата Тучелава удостоверяют в объективности утверждений указанных критиков, а также разъясняют ситуацию с датировкой перечисленных событий. Так, при Чопане (он же Чобан, Чопалав) Казикумухское шамхальство сближается с Османской империей, превратившись в ее вассала, а в 1578 году участвует в «священном походе» турок против шиитского Ирана. При этом в турецких документах Чопан фигурирует как правитель Кумука и Кайтага Читлав Шамхал [37, с. 67].
Наравне с ним в качестве аварского правителя упоминается и Тучелав, который, согласно русским источникам XVII в., пользовался непревзойденным авторитетом в Кази-Кумухе даже не будучи шамхалом [31, с. 48]. В ‘’Нусрет-наме‘’ он именуется ‘’Авар Забити Тучалав Бег‘’, т.е. Завоеватель Авара Тучелав-бек [2, с. 119-120]. У турков Тучелав фигурирует под именем Тоджа Лав Бурхан ад-Дину, т.е. Тучелав Доказательство Веры [3, с. 143; 36, с. 156]. Кроме того, в награду за оказанную помощь Тучелав получил от Порты санджак (округ) Ахты и Ихир, одноименные села которого входили в Ширванскую область. Дочь Тучелава вышла замуж за кавказского наместника Порты по имени Осман-паша, который устроил свою администрацию в Дербенте. Чопан, в свою очередь, получил санджаки Дербент и Шабран [2, с. 119-120]. Примечательно отождествление Тучелава некоторыми исследователями с Андий-шамхалом при том, что последний, по свидетельству Д.-М. Шихалиева, был известен кумыкским владетелям под именем Абу-Муслим [15; 17, с. 44; 20, с. 78-79; 34, с. 15; 36, с. 154-155].
При перечислении всего вышесказанного, возникает ассоциативный ряд, где наблюдаются параллели между именами, статусами, титулами, завоеваниями и собственными землями летописных героев и исторических личностей конца XV – XVI в. Сведения о жизнедеятельности Чобана и Тучелава тождественны делам Чуфана и Абу-Муслима дагестанских хроник. Об этом свидетельствуют данные из летописи ‘’История Абу Муслима‘’, в которой сообщается: во-первых, о завоевании Абу-Муслимом Ширвана, Дербента, Кайтага и Авара в Дагестане (сравните с завоеваниями и собственными наделами Чобана и Тучелава); во-вторых, о назначении Абу-Муслимом своего «сына Санджаба» правителем в с. Кала-Кура, расположенном в 18 км к востоку от санджака Ахты и Ихир, предоставленного Тучелаву турецким султаном; в-третьих, о поселении Абу-Муслимом родной сестры в с. Ахты; в-четвертых, о борьбе сына Абу-Муслима по имени Ибрахим против Кумука и Авара, при том, что Тучелав известен как ‘’Авар Забити‘’, т.е. завоеватель Авара; в-пятых, о приобретении Ибрахимом прозвища ‘’Бурханаддин‘’. Такое же прозвище было и у Тучелава; в-шестых, приводится сообщение о борьбе Абу-Муслима с войском ошибочно персонифицированного Самсама (сравните с Симсимом А. Сулейманова) и бегстве последнего вместе со своими эмирами и семейством [35, с. 79-82]. Из приведенных сведений следует, что в повествованиях дагестанских хроник ‘’Тарих Дагестан‘’, ‘’История Абу Муслима‘’ и др. обнаруживаются четкие параллели между описываемыми героями и биографиями реальных исторических личностей, т.е. сыновей шамхала Алибека Тучелава и Чопана. Учитывая сообщение В. Минорского об искаженном переводе текста ‘’Дарбанд-нама‘’ по заказу шамхала Чопана, мы можем с большой долей вероятности полагать, что ‘’эмир Чуфан’’ и ‘’Абу Муслим’’ из хроник ‘’Тарих Дагестан‘’ и ‘’История Абу Муслима‘’ являются искусственно удревненными кальками с исторических личностей, известных кумыкских героев XVI в. – братьев Алибековых Чопана (шамхал, правитель Кумука и Кайтага) и Тучелава (завоеватель Хунзаха).
Косвенным подтверждением деятельности ‘’Абумуслима’’ во 2-й пол. XVI в. являются сведения А. Сулейманова о личности Берса-шейха. Так, А. Сулейманов приводит две датировки, связанные с Берса-шейхом – это 1561 год и 1591-1592 годы. Причем, последняя датировка увязывается уже с его проповеднической деятельностью после принятия Ислама, а 1561 год приводится как дата рождения шейха [30, с. 284, 302]. Данное сообщение важно для определения хронологических рамок жизни Абу-Муслима. И. Попов сообщает об убийстве Берсом предводителя дагестанской газийской партии по имени Гада [24, с. 219-222], отождествляемого нами с известным чеберлоевским проповедником ГIада-шейхом (он же Зайнал-Абди). По данным полевых материалов ГIада-шейх, Юнус-шейх и Абу-Муслим-шейх были двоюродными братьями и происходили из Кази-Кумуха. Абу-Муслим-шейх проживал в с. Хунзах и навещал ГIаду, обосновавшегося в чеберлоевском Макажое, и Юнуса, жившего в с. Ансалта [22]. Другой полевой источник сообщает о поединке между Берсом и предводителем вооруженного отряда ‘’шовхала‘’ у горы Берсан-лам Ножай-Юртовского района ЧР, названной так в честь победителя поединка Берса [21]. Таким образом, анализ различных источников позволяет сделать вывод, что Берс-шейх, ГIада-шейх и Абу-Муслим или Тучелав были современниками. На это также указывает правление Тучелава в Аварии в 1577-1578 гг. [32, с. 179], когда Берса, родившийся в 1561 году, был молодым человеком 16-17-летнего возраста. Поскольку Тучелав, он же Абу-Муслим, лишается власти в Аваре в 1578 году, после чего в Хунзах возвращаются Суракаты, свержение летописным Амирсултаном Абу-Муслима, вероятнее всего, можно датировать тем же годом. При этом, учитывая уже ранее указанное отождествление Сиртана сына Амирсултана с правителем Авара Мухаммед-Шамхалом (пр. 1578-1589), сам Амирсултан, по всей видимости, может быть отождествлен с отцом Мухаммед-Шамхала – Туруравом или Турло. При этом, имя Мухаммед-Шамхала (нуцала, но не шамхала!), по-видимому, указывает на приобретение Мухаммедом или Сиртаном титула ‘’шамхал‘’ в качестве трофея после разрушения первой резиденции шамхалов в Кази-Кумухе в 1582 г., состоявшегося в период правления в Хунзахе Мухаммед-Шамхала [19, с. 153-154].
Интересно и то, что Сурака, а также его потомство не единственные представители правящей элиты, искавшие убежища в верховьях р. Аргун (т.е. в сердце Чечни) в годы казикумухской экспансии. Известны сообщения о неких ‘’урусах‘’, к которым относились знать и нуцалы Аварии, в том числе и Сурака [8, с. 22], являвшийся, к тому же, потомком некоего ‘’Ар.с.кана‘’ [35, с. 98]. Один из эпизодов противоборства мусульман и ‘’урусов‘’ или, как они названы в ‘’Истории Ирхана‘’, ‘’чистых русов’’ сообщает о сражении, состоявшемся в Хиркасе (с. Аракас Буйнакского района РД). В летописи также приводится титулатура предводителей ‘’русов‘’ таватий-ал и арнахур-ал, имеющая грузинское происхождение, что указывает на их христианское вероисповедание [35, с. 166-167]. Кроме того, связь аварских владетелей с грузинами обуславливает и вышеприведенное сообщение о вхождении христиан Северо-Восточного Кавказа в паству грузинской православной церкви [11, с. 50]. По сведениям ‘’Истории Гирейхана‘’ основание Хиркаса состоялось во 2-й пол. XV в. [35, с. 172]. Следовательно, описанное сражение ‘’русов‘’ и мусульман не могло произойти ранее указанного времени. Н. Е. Иваненков в нач. XX в. сообщает о проживании на территории Чеберлоя потомков Сурак-хана. Как сообщает исследователь, Сурак-хан был связан с царским домом Грузии и конфликтовал с правителем Авара [12, с. 11], что в точности совпадает с положением бежавшего в Чечню ‘’руса‘’ и христианина Сурака. Имеется и другое свидетельство о бегстве в XVI в. в Чеберлой выходца из Хунзаха по имени Дурач, принятого чеченским предводителем Алдамовым ГIезой и женившегося, впоследствии, на дочери кезеноевского владетеля [22]. Таким образом, все выше изложенные в нашем материале сведения говорят о систематичности поиска убежища в Чечне представителями правящей элиты Хунзаха (т.н. ‘’русов‘’) в XV-XVI вв. Данное обстоятельство, по нашему мнению, указывает на мало изученную историческую подоплеку. Косвенно об этом говорит и сообщение А. С. Сулейманова о поселении некоего Орс-элы (Орс-эла – чеченский эквивалент имени Арс-кан или Урус-хан) на землях нынешнего Веденского района ЧР [30, с. 265, 266].
Борьбу с шамхалами, начавшуюся при нуцале Хунзаха Сураке [27, с. 218-222], при поддержке всех чеченских обществ от Ашртов до Цунтала, продолжили его сын Байар, внук Амирсултан и правнук Сиртан, о чем сообщает ‘’Тарих Дагестан‘’ [35, с. 103-105]. Следовательно, речь могла идти о противостоянии, растянувшемся на целое столетие. Выводы же исследователей об отношении событий упомянутых хроник к XVI в. дают основание искать в названных летописных текстах свершения, относящиеся ко 2-й пол. XV – XVI в. К данному периоду относится и личность Ших-Мурзы Ишеримова (Окоцкого), который вел борьбу с Портой, Крымом и шамхальством в качестве союзника Московского государства [4, с. 37-40; 5, с. 64, LXXXVII; 14, с. 37; 17, с. 259, 260; 25, с. 37; 28, с. 68;]. Это также вписывается в общую картину христианского и мусульманского противостояния в регионе. Особенно примечательно нападение в 1583 году Ших-Мурзы [14, с. 38, 40] на зятя Тучелава Османа-пашу, о чем позднее свидетельствовал и сам турецкий ‘’наместник Кавказа‘’ [13, с. 45]. Другой документальный факт – приведение Ших-Мурзой Ишеримовым к присяге царю в 1589 году «Аварского хана», видимо, Мухаммед-Шамхала и его брата «Черного Князя», т.е. Каракиши Турлова. Так, в одном из документов сообщается: «А с Шихом укрепилися потому ж, что ему Уварского князя и брата его Черного князя привести под твою государеву руку» [5, с. 80-82]. Таким образом, мы обнаруживаем свидетельства, подтверждающие сведения из дагестанских хроник о поддержке всеми чеченцами, в частности, Ших-Мурзой Ишеримовым династии Суракатов, вытесненных из Хунзаха турецко-кумыкской коалицией. При этом значение самого Ших-Мурзы для Москвы было очень велико и даже приоритетно, о чем, в частности, сообщается в ‘’Славянской энциклопедии’’: «В начале XVII в. (конце XVI в. – З. Т.) это было владение Ших-мурзы Окоцкого. ‘’О. з.’’ (Окоцкая землица. – З. Т.) была ближайшей из чеченских земель к Терскому укреплению и казачьим городкам. Здесь же проходили важные стратегические пути, игравшие большую роль в истории народов Северного Кавказа. Такая ситуация, как и политика давлений кумыкских феодалов на окское владение – их ближайших соседей, способствовала тому, что ококи одни из первых, уже в середине XVI в., вошли в сферу русского влияния и установили через Терки тесные контакты с Москвой. Первым проводником (выделено мной. – З. Т.) такой политики стал Ушаром-мурза, владелец ‘’О. з.’’, затем его сын Ших-мурза. Московские цари были заинтересованы в сохранении с этими феодалами тесных взаимоотношений» [28, с. 68].
Владетель селения Ларс Салтан-Мурза приходился братом Шиху и контролировал второй стратегический маршрут, пролегавший через Дарьяльское ущелье. Таким образом, братья Ших и Салтан Ишеримовы совместно контролировали жизненно важные и главные транспортные узлы Северного Кавказа. При этом, Ушаром и Ших, очевидно, оставив Салтана в Дарьяле, возглавили или приняли участие в масштабном переселении западных чеченцев на восток к ауховцам [6, с. 125, 126, 143, 144; 17, с. 69]. Это объясняет и поддержку Шиха западными чеченцами, к которым относилась область карабулаков с центром в с. Аьршта [6, с. 164, 167; 29, с. 79, 80].
Как стало ясно, Ших-Мурза был главным посредником в принятии братьями Мухаммед-Шамхалом (аварским ханом) и Каракиши (гумбетовским князем) подданства Московии и их интеграции в российское политическое поле. Отец Шиха Ушурма именуется первым проводником российской политики на Северо-Восточном Кавказе. Следовательно, Ушурма являлся влиятельным современником Турло – отца Мухаммед-Шамхала и Каракиши, отождествляемого нами с летописным Амирсултаном. Т. М. Айтберов пишет: «Династия Турловых получила наименование свое от старинного мужского имени собственного, которое аварцы произносили ‘’Турурав’’… чеченцы – ‘’Турло’’… (текст выделен мной. – А. А.)» А также: «Каракиши… являлся, как установлено, сыном Турурава Безумца…» [1, с. 11, 31]. Последнее обстоятельство разъясняет упоминание с. Аьршта в числе союзников Амирсултана, вернувшего власть в Хунзахе, очевидно, в 1578 году. Предводителем же войска, оказавшего помощь Амирсултану или Турло, по-видимому, был Ушурма Окоцкий или его сын Ших-Мурза.
Подводя итоги, отметим, что сведения А. Сулейманова о бегстве Сурака в область ТIерла после падения государства Симсим (1395 г.) подтверждают наши предположения, которые позволяют датировать начало миссионерской деятельности и последующего противостояния в регионе концом XIV – XV в. Упоминание имени Байра сына Сурака А. Сулеймановым и хроникой ‘’Тарих Дагестан‘’ и владетеля Бийрига Бичча также указали на XV в. Сведения А. Сулейманова о личности Берс-шейха, оказавшегося современником ГIада-шейха, помогли выйти на искомого шейха Абу-Муслима, который, исходя из нашего анализа, тождественен Тучелаву Алибекову.
Остаются непонятными причины, по которым Суракаты ищут и всегда находят поддержку в высокогорьях Чечни. Изначально к горным чеченцам бежит Сурака. Его сын Байар, покинув область ТIерла, временно восстанавливает контроль над Хунзахом, но вскоре вновь укрывается в Чечне. По-видимому, отсюда же продолжает борьбу и сын Байара Амирсултан. Именно ему, согласно ‘’Тариху Дагестан’’, удается окончательно вернуть власть в Аварии, изгнав из Хунзаха Абу-Муслима при поддержке широкой чеченской коалиции.
Поддержка, неизменно оказываемая всеми чеченскими обществами династии Суракатов и прослеживаемая в различных источниках, заставляет искать мотивацию обеих сторон. Как уже было отмечено, по нашему мнению, эти отношения были обусловлены малоизученной исторической подоплекой. Однако, ясно, что затронутый вопрос требует отдельного и тщательного исследования.

ЛИТЕРАТУРА

1. Айтберов Т.М. Аваро-чеченские правители из династии Турловых и их правовые памятники XVII в. (гумбетовцы в средневековой и новой истории Северо-Восточного Кавказа). Махачкала, 2006. 94 с.
2. Алиев К.М. Кумыки и их правители Шаухалы в османских (турецких) источниках XVI – перв. пол. XVIII вв. // Средневековые тюрко-татарские государства. – Вып. 2. – Казань, 2010. – С. 115-121.
3. Алиев К.М. Шаухалы Тарковские. Страницы кумыкской родословной. Махачкала, 2008. 206 с.
4. Ахмадов Я.З. Очерки политической истории народов Северного Кавказа в XVI-XVII вв. Грозный, 1988. 176 с.
5. Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом. Вып. I. 1578-1613 гг. М., 1889. 585 с.
6. Волкова Н.Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVIII – начале XX века. М.: «Наука», 1974. 274 с.: ил.
7. Волкова Н.Г. Этнонимы и племенные названия Северного Кавказа. М.: «Наука», 1973. 208 с.
8. Гаджи Али. Сказание очевидца о Шамиле (перевод с арабского) // Сборник сведений о кавказских горцах. – Вып. VII. – Тифлис, 1873. – С. 8-85.
9. Ган К. Путешествие в страну пшавов, хевсур, кистин и ингушей (окончание) // Кавказский вестник. – Вып. 6. – Тифлис, 1900. – С. 147-162.
10. Дахкильгов И.А., Мальсагов А.О. Сказки, сказания и предания чеченцев и ингушей. Грозный: Чечено-Ингушское книжное издательство, 1986. 528 с.
11. Джанашвили М.Г. Известия грузинских летописей и историков о Северном Кавказе и России. – Описание Осетии, Дзурдзукии, Дидоэтии, Тушетии, Алании и Джикетии. – О царях Хазаретии. – Алгузиани // Сборник материалов для описания местностей и племен Кавказа. – Вып. 22. – М.: Книга по требованию, 2016. – С. 1-196.
12. Иваненков Н.Е. Горные чеченцы // Терский сборник. Литературно-научное приложение к ‘’Терскому Календарю’’ 1911 г. – Вып. VII. – Владикавказ, 1910. – 224 с.; табл.: I-IX.
13. Исаева Т.А. Военно-политический союз народов Северного Кавказа в борьбе с турецко-иранской агрессией (вторая половина XVI – XVII век) // Роль России в исторических судьбах народов Чечено-Ингушетии (XIII – начало XX в.) / Сост. Ш.Б. Ахмадов. – Грозный, 1983. – С. 41-53.
14. Кабардино-русские отношения в XVI-XVIII вв. Документы и материалы: в 2 т. / Сост. Н.Ф. Демидова, Е.Н. Кушева, А.М. Персов. – М.: Изд. АН СССР, 1957. – Т. I. – XVI, 478 с., 6 л. ил.
15. Каяев И. Казикумухское шамхальство (XVII в.) // Газета «Настоящее время». – 2008. – №39.
16. Криштопа А.Е. К вопросу о письменных источниках по периоду феодализма в Дагестане // Вопросы истории и этнографии Дагестана. – Вып. 7. – Махачкала, 1976. – С. 149-183.
17. Кушева Е.Н. Народы Северного Кавказа и их связи с Россией. Вторая половина XVI – 30-е годы XVII в. М.: АН СССР, 1963. 370 с.
18. Лаудаев У. Чеченское племя // Чечня и чеченцы в материалах XIX в. – Элиста: «Санан», 1990. – С. 74-104.
19. Магомедов Р.М. История Дагестана: Учебное пособие. Махачкала: Изд-во НИИ педагогики, 2002. 288 с.
20. Минорский В.Ф. История Ширвана и Дербента X-XI вв. М.: Издательство Восточной литературы, 1963. 266 с.
21. Полевые материалы в архиве автора. Рассказал Чанкаев С.У. (1950 г.р.), с. Ножай-Юрт, 2016 г.
22. Полевые материалы в архиве автора. Рассказал Шахбулатов А.А. (1959 г.р.), с. Макажой, 2014 г.
23. Попов И. Ичкеринцы. Исторический очерк // Сборник сведений о Терской области. – Вып. I. Владикавказ, 1878. – С. 261-266.
24. Попов И. Ичкерия. Историческо-топографический очерк // Сборник сведений о кавказских горцах. – Вып. IV. Тифлис, 1870. – С. 209-231.
25. Потто В.А. Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах легендах и биографиях. Т. I. СПб., 1887. 737 с.
26. Русско-греческий словарь / Сост. Иван Синайский. – Изд. втор., исправл. и доп. М., 1869. 730 с.
27. Семенов Н. Туземцы Северо-Восточного Кавказа. СПб., 1895. 487 с.
28. Славянская энциклопедия. XVII век: в 2 т. Т 2. Н-Я / Автор-составитель В.В. Богуславский. М.: Олма-Пресс; ОАО ПФ «Красный пролетарий», 2004. 784 с.: ил.
29. Сулейманов А.С. Топонимия Чечено-Ингушетии. Ч. II. Грозный: Чечено-Ингушское книжное издательство, 1978. 289 с.
30. Сулейманов А.С. Топонимия Чечни. Научно-популярное издание. Грозный: ГУП «Книжное издательство», 2012. 726 с.
31. Умаханов М.-С.К. Отношения России и борьба народов Дагестана с иранской агрессией в XVII в. // Из истории дореволюционного Дагестана: (Сборник научных трудов). – Махачкала, 1976. – С. 41-62.
32. Хапизов Ш.М. Ума-нуцал (Умахан) Великий (очерк истории Аварского нуцальства второй половины XVIII в.). Махачкала, 2013. 216 с., илл.: 16.
33. Чеченское устное народное творчество. Учебное пособие. Часть вторая / Сост. Джамбеков О.А., Джамбекова Т.Б. – Махачкала: АЛЕФ (ИП Овчинников), 2012. 478 с.
34. Шихалиев Д.-М.М. Рассказ кумыка о кумыках. Махачкала: Даг. кн. изд-во., 1993. 65 с.
35. Шихсаидов А.Р., Айтберов Т.М., Оразаев Г.М.-Р. Дагестанские исторические сочинения. М.: Наука. Издательская фирма «Восточная литература», 1993. 302 с.
36. Эфендиев О. Азербайджанское государство Сефевидов в XVI веке. Баку: «Элм», 1981. 335 с.
37. Kutukoglu B. Osmanlı — İran Siyasi Münasebetleri. Cilt 1: 1578-1590. Pertev Naili Boratav’a ithaflı ve imzalı. Istanbul, 1962. XII, 232 s.

Все опции закрыты.

Комментарии закрыты.