Кушева. Русско-чеченские отношения

Российская академия наук

Институт этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая

Российский государственный архив древних актов

РУССКО-ЧЕЧЕНСКИЕ

ОТНОШЕНИЯ

Вторая половина XVI-XVII в.

Сборник документов

Выявление, составление, введение, комментарии

Е.Н. КУШЕВОЙ

Москва

Издательская фирма «Восточная литература» РАН

1997

ББК 63.3(2)4

Р 11

Издание осуществлено при финансовой поддержке

Российского гуманитарного научного фонда

согласно проекту № 96-01-16150

Ответственный редактор Н.Г. Волкова

Редактор издательства В.С. Свиткова

На переднем форзаце. Карта Малой Кабарды, части Осетии,

Чечни и Ингушетии. ЦГАДА, ф. 192, оп. 1, карты Кавказа, № 12.

На заднем форзаце. Селения (кабаки) и землицы части Северо-

Восточного Кавказа в XVII в. Сост. Н. Г. Волковой. Худ. Г. В. Воронова.

Русско-чеченские отношения. Вторая половина XVI –

Р11                               XVII в. Сборник документов. — М.: Издательская фирма

«Восточная литература» РАН, 1997. — 416 с.: ил., карты.

ISBN 5-02-017955-8

В настоящем издании собраны документы, содержащие дипломатическую и служебную переписку Московского государства XVI- XVII вв., в которой нашли отражение ранние этапы русско-чеченских отношений. В них имеются разнообразные сведения по политической, социальной и этнокультурной истории вайнахов (чеченцев и ингушей), а также ряда других народов Кавказа. Документы свидетельствуют, что доминантой ранних контактов между Россией и чеченским народом были взаимная заинтересованность и искреннее стремление к прочному и верному союзу.

ББК 63.3(2)4

Научное издание

РУССКО-ЧЕЧЕНСКИЕ ОТНОШЕНИЯ.

Вторая половина XVI-XVII в.

Сборник документов

Утверждено к печати

Институтом этнологии и антропологии им. H.H. Миклухо-Маклая РАН

Редактор В.С. Свиткова. Младший редактор Н.В. Беришвили

Художник В.В. Локшин. Художественный редактор Б.Л. Резников

Технический редактор О.В. Аредова. Корректоры Е.В. Карюкина, И.Г. Ким

Компьютерные набор и верстка М.П. Горшенкова

Изд. лиц. № 020910 от 02.09.94

Сдано в набор 04.04.97. Подписано к печати 16.05.97. Формат 60х901/16

Бум. офсетная. Печать офсетная. Усл. п. л. 26,0+0,5 вкл. Уел. кр.-отт. 26,0

Уч.-изд. л. 25,12. Тираж 1500 экз. Изд. № 7728. Зак. № 1769 . „С» – 1

Издательская фирма «Восточная литература» РАН

103051, Москва К-51, Цветной бульвар, 21

2-я типография РАН

121099, Москва, Шубинский пер., 6

© Е.Н.Кушева, выявление, составление,

введение, комментарии, 1997

© Институт этнологии и антропологии

им. Н.Н.Миклухо-Маклая РАН, 1997

                                                                                                                      © Издательская фирма

ISBN 5-02-017955-8                                                                              «Восточная литература» РАН, 1997

ОТ РЕДАКТОРА

Настоящее издание, вводящее в научный оборот корпус документов по истории русско-чеченских отношений XVI–XVII вв., имеет свою предысторию. Это труд Екатерины Николаевны Кушевой, известного историка-слависта и кавказоведа. В 60-е годы XX в. по просьбе Чечено-Ингушского института истории, языка и литературы она начала кропотливую работу по выявлению и копированию в архивах Москвы и Ленинграда документов, отражающих широкий спектр политической и социальной истории вайнахов (чеченцев и ингушей). Предполагалось, что тогда же эти документы будут изданы. Е.Н.Кушева с энтузиазмом приступила к работе и в довольно короткие сроки основной объем документального материала был собран. Параллельно с изысканиями в архивах Е.Н.Кушева вела исследовательскую работу, готовя для предполагавшейся публикации научные комментарии к документам.

Однако в тот период издательский проект не был осуществлен. Чечено-Ингушский институт по ряду причин не смог реализовать свои первоначальные планы и был вынужден прекратить с Е.Н.Кушевой соответствующие контакты. Вследствие этого и сама Екатерина Николаевна оставила работу над сборником, сосредоточившись на других направлениях исследовательской деятельности. Впрочем собранный материал никогда не лежал мертвым грузом, ибо Е.Н.Кушева щедро предоставляла возможность пользоваться им коллегам, аспирантам, всем, кто обращался к ней за помощью и консультацией.

В 1987 г. Чечено-Ингушский институт обратился к Е.Н.Кушевой с просьбой завершить работу над сборником и подготовить его для скорейшей публикации. У Екатерины Николаевны не возникло сомнений в необходимости довести до конца некогда прерванный труд, так как она прекрасно понимала научную ценность и актуальность подготовленных ею материалов. Их публикация могла бы существенно пополнить источниковую базу кавказоведческих, прежде всего вай- наховедческих, исследований, Богатейшая информация, содержащаяся в собранных документах, давала возможность исследователям отбросить различные домыслы и фантазии об историческом прошлом чеченцев и ингушей и, основываясь на документальных фактах, представить объективную картину политического, социального, экономического, этнокультурного развития Чечни в позднее средневековье, объективно воссоздать характер ее связей с Россией и соседними народами. Это были актуальные проблемы истории не только вайнахов, но и всего кавказского региона.

Для Е.Н.Кушевой было важным и другое обстоятельство. В 1981 г, власти Чачено-Ингушской АССР отметили 200-лвгний юбилей «добровольного вхождения Чечни и Ингушетии в сослав России». Тем самым событие, послужившее поводом для юбилея, как бы официально утверждалось в качестве «имевшего место» в контексте точной хронологической даты» и соответственно любые будущие дискуссии на эту тему заранее объявлялись неуместными и провокационными, Между тем Е Н.Кушева осталась в ряду тех немногих авторитетных историков (например, Л.И.Лавров), которые отрицательно отнеслись к идее празднования этого юбилея. По представлениям Е.Н.Кушевой, присоединение чеченцев к России было весьма длительным, сложным и многообразным процессом, а не одномоментным действием, да еще с конкретной хронологической привязкой. Для Е.Н.Кушевой как исследователя, данный вопрос никогда не был «закрытым». По ее мнению, публикация материалов сборника могла бы дать непредвзятым исследователям объективный материал для более глубокого осмысления вопросов, связанных с вхождением территорий Чечни и Ингушетии в орбиту российской государственности.

Е.Н.Кушева была уверена, что выход в свет сборника будет благожелательно встречен научной общественностью Чечено-Ингушетии. К тому времени в республике сумели преодолеть последствия кризиса гуманитарной науки, вызванного катастрофой 40-х годов – насильственной депортацией вайнахов с их родины-. В 1970– 1980 гг. появились новые серьезные исследователи, которые от предшествовавшего мелкотемья и идеологизированной конъюнктуры перешли к постановке сложных исследовательских задач, касавшихся актуальных проблем исторического прошлого региона. При этом одной из приоритетных исследовательских тем стало изучение процессов социального, политического, экономического, этнокультурного развития позднесредневековых Чечни и Ингушетии, их международного положения, взаимоотношений с другими народами Кавказа, Россией. Е.Н Кушева внимательно следила за успехами исторической науки в Чечено-Ингушетии, радовалась работам ее представителей – Я.3.Ахмадова, Т.С.Магомадовой, Т.С.Исаевой и др., с которыми была связана узами плодотворного профессионального сотрудничества. Е.Н.Кушева считала, что выход в свет ее сборника, открывающего новые источниковедческие материалы по данной проблеме, станет стимулом для дальнейшего углубления исторических исследований в республике.

Эти соображения побудили Е.Н.Кушеву возобновить работу. Однако ее предстоящий объем был еще значителен: к ряду документов необходимо было завершить комментарии, в самих документах уточнить некоторые детали, составить аннотированные именной, географический, этнонимический указатели, а также словарь архаических терминов. Многое из написанного ранее Е.Н.Кушеву уже не удовлетворяло, и она хотела дать новые варианты текстов. Между тем преклонный возраст, слабое здоровье и резкое ухудшение зрения давали о себе знать. Работать одной Е.Н.Кушевой было уже почти невозможно.

Именно тогда Е.Н.Кушева пригласила меня принять участие в завершении сборника и подготовке его к печати. Я с радостью согласилась и до сих пор считаю минуты профессионального и дружеского общения с Екатериной Николаевной одними из самых счастливых в жизни. Работать было нелегко, но сознание важности выполняемого дела воодушевляло нас обеих.

19 февраля 1990 г., в разгар работы над сборником, Е.Н.Кушева скончалась. Чувствуя с этого момента на себе всю ответственность за судьбу рукописи, я взяла на себя смелость завершить оставшийся объем работ, строго следуя высказанным Е.Н.Кушевой пожеланиям и ее представлению о характере будущего издания. Казалось, что многолетний труд Е.Н.Кушевой скоро увидит свет. Однако последовавшие трагические события в Чеченской республике вновь прервали контакты с Институтом гуманитарных наук Чечни и отодвинули перспективы издания сборника на неопределенное время. Пытаться напечатать сборник в Москве в условиях наступившего в тот период кризиса организационной системы российской академической науки также не представлялось возможным.

Ныне благодаря финансовой поддержке Российского гуманитарного научного фонда, заинтересованному отношению Издательской фирмы «Восточная литература» сборник выходит в свет. Всем им выражаю огромную благодарность.

Выход в свет сборника «Русско-чеченские отношения. Вторая половина XVI – XVII в.» является знаком нашего уважения светлой памяти замечательного русского историка Екатерины Николаевны Кушевой. Хочется надеяться, что публикуемый труд послужит тем важным целям, которые стремилась осуществить Е.Н.Кушева десятилетия назад, когда только начиналось это масштабное исследование.

*  *  *

Основная масса документов выявлена в Центральном государственном архиве древних актов (ЦГАДА, ныне Российский государственный архив древних актов – РГАДА). Часть документов из архива Ленинградского отделения института истории АН СССР (ЛОИИ, ныне Санкт-Петербургский филиал института Российской истории РАН). В тексте сохранены прежние сокращения – ЦГАДА и ЛОИИ.

Все документы опубликованы в строгом соответствии с оригиналом. Встречающиеся в них разночтения (имен, топонимов, этнонимов, терминов) отражены в соответствующих списках и в терминологическом словаре. В некоторых документах, подготовленных к печати Е.Н.Кушевой, маргиналы отсутствуют.

Комментарии составлены Е.Н.Кушевой и Н.Г.Волковой. Те, которые подготовлены ответственным редактором, отмечены словом «Ред.». Н.Г.Волковой составлены и аннотированные списки имен, этнических и географических названий, а также словарь архаических терминов.

Статья «Е.Н.Кушева и русское кавказоведение XX столетия» написана Ю.Д.Анчабадзе.

Н. Г. Волкова

ПРЕДИСЛОВИЕ

Вайнахские народы в XVI–XVII вв., да и позднее, не имели письменности на родных языках и редко пользовались иноязычной письменностью. Понятно, какое большое значение для изучения прошлого чеченцев и ингушей имеют русские документы этих веков.

Интенсивные сношения русского правительства с Северным Кавказом начались в царствование Ивана Грозного, в 50-е годы XVI в. В 1560–1570 гг. на Северном Кавказе были построены русские крепости, просуществовавшие, правда, недолго. Русские военные отряды совершили в поддержку кабардинского князя Темрюка Айдаровича ряд походов не только в предгорные районы, но и в горы. Посольства из Москвы приезжали к адыгским князьям и мурзам и живали у них подолгу. Но документы об этих сношениях, перечисленные в «Описи царского архива» XVI в.[1], не дошли до нас. Из более поздних документов известно, что уже тогда установились связи русских воевод с вайнахскими – окоцкими – мурзами.

Известия о вайнахах отражены в русских архивных фондах с 80-х годов XVI в., когда в царствование Федора Ивановича и Бориса Годунова начался оживленный обмен посольствами между Москвой и Кахетией и когда в 1588–1589 гг. была основана в устье р. Терека русская крепость – Терский город, просуществовавшая до 20-х годов XVIII в. Документы Посольского приказа о сношениях России с Кавказом в 80-е–90-е годы XVI в. и в начале XVII в. (по 1613 г.) были изданы еще в 1888–1889 гг. С.А.Белокуровым[2]. В них имеются ценные сведения о вайнахах.

С 1614 г. русские документальные материалы о вайнахах становятся многочисленнее. Однако их выявление встречает трудности. Первая из них вызвана тем, что этнонимы «чеченцы» и «ингуши» стали употребляться русскими людьми едва ли ранее конца XVII в. До этого времени русским были известны лишь названия отдельных вайнахских тайпов[3] и более обширных этнических групп. В русских .документах эти названия передавались в русифицированной форме, обычно искаженными. Вторая трудность следующая. Дела о сношениях с кавказскими народами в XVI–XVII вв. отразились преимущественно в обширных фондах Посольского приказа Русского государства (в Центральном государственном архиве древних актов в Москве – далее ЦГАДА). Еще в XVII в., а возможно и ранее, производилась систематизация дел по сношениям и определенными государствами и народами. Систематизация эта отражена в четырех последовательных описях дел Посольского приказа – 1614, 1626, 1632 и 1673 гг. На ее основе в конце XVIII – начале XIX в. в Коллегии иностранных дел документы Посольского приказа были распределены на коллекции или серии. Эта структура архивных материалов Посольского приказа сохраняется и в настоящее время. Но ни в XVII в., ни позднее документы о сношениях с вайнахски- ми народами не были выделены в особую серию. Несомненно, это объясняется тем, что на Кавказе русское правительство поддерживало связи преимущественно с феодальными слоями народов Северного Кавказа, Дагестана и Закавказья, а у вайнахов процесс феодализации задерживался. Сведения о вайнахах, в том числе чеченцах, сохранились в фондах ряда серий – в делах о сношениях с Кабардой, кумыками, Грузией, отчасти ногаями (ЦГАДА, ф. 115, 121, 110, 127), причем в описях, составленных еще в конце XVIII – начале XIX в., в заголовках дел наличие таких сведений чаще всего никак не отражено. Лишь путем полистного просмотра дел документы о вайнахах могут быть выявлены. К тому же дела этих серий сохранились очень плохо, особенно материалы за последние десятилетия XVII в. В значительной степени это объясняется гибелью архивных дел во время пожара Москвы в 1812 г.

Ближайшей к территории Чечни и Ингушетии русской крепостью был Терский город в дельте Терека (остроги на Сунже оказались недолговечными). Администрация и гарнизон этой крепости находились в прямом подчинении Приказа Казанского дворца в Москве. Но архив этого приказа погиб. Не сохранился и архив Терской крепости, упраздненной в 20-е годы XVIII в. Лишь отдельные документы Терской воеводской избы конца XVII в. дошли до нас[4]. Но огромный архивный фонд Астраханской приказной палаты еще в первой половине XIX в. был привезен из Астрахани в Петербург, и Археографическую комиссию, и находится сейчас в Архиве Лининградского отделения Института истории Академии наук СССР. Именно в его составе имеются немногие документы Герской воеводской избы, Среди дел Астраханской приказной палаты есть документы «со сведениями о чеченцах, которые и включены в сборник[5].

Гибель архива Терской крепости отчасти восполняется тем, что в Посольском приказе переписка с воеводами Терской крепости и Астрахани сосредоточивалась за каждый год в особых столбцах («столп Терский», «столп, Астраханский»), которые в настоящее время разбиты меж/ту несколькими сериями дел Посольского приказа о сношениях с Кабардой, кумыками, ногаями, Грузией. В этих столбцах отписки терских и астраханских воевод сохранились в подлинниках, а ответные грамоты Посольского приказа в отпусках[6]. Именно в этих столбцах удалось обнаружить ряд документов, интересных для изучения прошлого вайнахов.

Настоящий сборник включает 167 документов, большая их часть публикуется впервые. Как уже указано, дела Посольского приказа о сношениях с Кавказом за последние десятилетия XVI и начало XVII в. были изданы С.А.Белокуровым. Повторять эту обширную публикацию, сохраняющую большое значение, нецелесообразно. Сведения о вайнахах, часто беглые, имеются в документах, основное содержание которых относится к Грузии. Из опубликованных С.А.Белокуровым материалов в настоящий сборник включены те, которые относятся целиком к вайнахам, а также выдержки из документов, имеющие важное значение. Повторены в сборнике и некоторые материалы, опубликованные в 1957– 1958 гг. в двух сборниках: «Кабардино-русские отношения в XVI– XVIII вв.» (Т. I. М., 1957) и «Русско-дагестанские отношения XVII – первой четверти XVIII в.» (Махачкала, 1958), а также в некоторых дореволюционных изданиях. Но повторяем – большинство документов публикуются впервые.

Сведения документов сборника о чеченцах разнообразны и дают материал для исследований историкам, археологам, этнографам, филологам. Задачей настоящего сборника и является ввести в научный оборот источники для такого комплексного изучения.

Имеют большое значение переданные русскими документами названия тайпов и более обширных этнических групп («земель», «землиц» по терминологии XVII в., «обществ» по терминологии XIX в.), а также отдельных населенных пунктов. Они могут быть локализованы и сопоставлены с археологическими средне-вековыми памятниками, изучаемыми археологами. Сведения документов о «земле Чачена», о «чеченцах» важны для изучения этого этнонима. Пристальное внимание должны привлечь данные о социальных отношениях, вопрос о которых нельзя считать решенным. Особого анализа заслуживают специальные термины с учетом того, что они переданы на русском языке, в интерпретации русских людей.

Дискуссионен вопрос и о времени распространения у вайнахов ислама. В документах содержатся сведения о религиозных верованиях. Внимательного рассмотрения требуют личные имена как рядовых вайнахов, так и «лучших», «начальных людей», их анализ позволит выделить имена мусульманские и местные.

Важны данные о взаимоотношениях чеченцев и ингушей с Кабардой, кумыками, Аварией, Тушетией, Грузией и, конечно, с Россией. По характеру документов, исходивших преимущественно от администрации русских крепостей и от русского правительства, преобладают содержащие сведения о взаимоотношениях с Россией. Документы, исходившие от вайнахов, – челобитные писаны русскими подьячими. Уникальны две грамоты мурзы Шиха Окуцкого 80-х годов XVI в., но они сохранились только в переводе на русский язык, и указания на то, с какого языка сделан перевод, в архивном деле нет. Определение этого – одна из задач, которые ставят перед исследователями документы. Очень ценен документ 1658 г. на тюркском языке – письмо шибутских людей царю Алексею Михайловичу о принятии их в русское подданство.

Взаимоотношения с Россией были часто вполне мирными. Выражались они в принесении присяги – шерти, выдаче аманатов, уплате ясака, в совместных военных предприятиях. Документы сборника освещают ранние этапы вхождения вайнахов в состав Русского государства. Имеются сведения и об отношениях с гребенскими и терскими казаками.

Установление сношений с вайнахскими народами было связано для русского правительства с общими вопросами русской политики на Кавказе и шире – на Востоке, с задачами борьбы с Крымом и Турцией. Именно этим и объясняются упоминания вайнахов в дипломатических документах большого значения: о сношениях с Англией, Польшей, Ираном. Оживленные связи с Грузией в последние десятилетия XVI в. и в 1650–1670 гг. ставили перед русским правительством и грузинскими царями вопрос о наиболее удобных путях сношений. Некоторые из них проходили по территории Чечни и Ингушетии – отсюда ряд сведений о землях, занятых вайнахскими этническими группами. С 80-х годов XVII в. связи с Кахетией прервались, а сношения с Имеретией шли по путям, не затрагивавшим территории вайнахов.

Еще в конце XVI в. под стенами Терского города была основана вайнахами так называемая Окоцкая слобода. Понятно, что в делах Посольского приказа отложилось довольно много документов о терских жителях – «окочанах», или «окуках». В Москву приезжали их выборные представители, а также мурзы, они бывали на царских приемах. Документы об этом включены в сборник. Подчинение Окоцкой слободы служившим по Терскому городу кабардинским князьям и мурзам Черкасским вызвало ряд обращений к русскому правительству терских окочан с челобитными, содержащими важные сведения. С другой стороны, подчинение окочан князьям Черкасским по военной линии привело к тому, что сведения о военной службе окочан России отразились в соответствующих документах. По указам из Москвы они постоянно выходили в походы со своими отрядами, включавшими и служилых окочан. Во второй половине XVII в. князь Каспулат Муцалович Черкасский принимал деятельное участие в походах на Крым и в русско-турецкой войне.

Очень важна была для русского правительства посредническая роль окочан Терского города в сношениях с северокавказскими народами, в сборе информации о ситуации на Северном Кавказе.

В фонде Астраханской приказной палаты, включающем и документы астраханской таможни, удалось обнаружить сведения о торговле окочан с Астраханью.

Окоцкая слобода и служилые окочане заслуживают специального исследования, как и тема о ближайших русских соседях вайнахов – о гребенских и терских казаках.

*  *  *

Документы сборника печатаются по «Правилам издания исторических документов в СССР» (последнее издание – 1969 г.). Документы снабжены заголовками и легендами, расположены в строго хронологическом порядке. В том случае, если документ датирован только годом, без указания месяца, он помещается после документов этого года с точными датами. В тех случаях, когда дата документа основана на его тексте или на тексте помет на нем, обоснование даты не приводится. Если дата основана на материалах других документов, обоснование ее дано в комментариях. Выдержки из статейных списков (т.е. отчетов) послов датируются не временем их подачи в Посольский приказ в Москве, а датами событий, так как отчеты составлялись послами на основании поденных записей.

Текст документов, публиковавшихся ранее, сверен с подлинниками, их поисковые данные уточнены в легендах.

Большая часть документов публикуется полностью. В некоторых случаях приводятся выдержки из документов, обширных по объему, значительная часть содержания которых посвящена другим темам.

В комментариях даны ссылки на документы архивных фондов, не вошедшие в сборник, но поясняющие события, — этот дополнительный материал может быть привлечен исследователями в дальнейшем.

Текст документов дается и современной транскрипции, как это и рекомендовано «Правилами» для публикации документов XVI-XVII вв. Буквы «ять», «и» десятеричные, «кси», «омега», «пси», «фита» заменены буквами современного алфавита. Твердый знак и конце слов опущен. В словах, в которых по современному правописанию требуется мягкий знак, он вставляется. В остальном же все особенности написания документов XVI– XVII вв. сохранены, как и своеобразная транскрипция собственных имен и географических названий – они нередко в одном и том же документе даются в разной форме. Пунктуация проставлена по современным правилам.

Подстрочные примечания к текстам приведены под звездочками. Восстановленный по смыслу или на основании других документом утраченный текст заключен в квадратные скобки. Комментарии помещены после текста всех документов, они обозначены цифрами к каждому документу. Цель комментариев – пояснить события, факты, значение искаженных русскими подьячими названий, а также дать представление о той обстановке, международной и местной, в которой то или иное событие происходило. Сборник снабжен словарем архаических терминов и аннотированными списками имен, этнических и географических названий.

Сборник подготовлен к печати по предложению Чечено- Ингушского института истории, социологии и филологии[7]. Работа проходила при постоянном содействии директоров ЦГАДА В.Н.Шумилова и М.И.Автократовой и сотрудников архива, а также заведующей архивом ЛОИИ Академии наук СССР К.Н.Сербиной и научного сотрудника этого архива З.Н.Савельевой. В археографической обработке документов принимала участие старший научный сотрудник ЦГАДА Е.А.Швецова. Перепечатка текстов XVI–XVII вв. выполнена машинисткой ЦГАДА Т,А.Самсоновой, машинистками Археографической комиссии при Отделении исторических наук.

ДОКУМЕНТЫ

Раздел первый

1586-1600 гг.

№ 1

1586 г. августа позднее 7. – Отписка астраханского воеводы Ф.Лобанова-Ростовского с товарищами в Посольский приказ с изложением письма к нему терских атаманов и казаков о мурзе Шихе Окуцком и с сообщением о намерении мурзы Шиха выехать в Астрахань[8]

л. 14

// Государю царю и великому князю Федору Ивановичю всеа Русии холоп твой Фетко Лобанов Ростовской с товарищи, Исачко Чюрин челом бьют.

В нынешнем 94-м году августа в 7 день писали к нам с Терка атаманья и казаки[9]: преж сего служили они тебе, государю, на Терке и промышляли всяким твоим государевым делом заодин с Шихом мирзою с Окуцким[10] и вести всякие и языки к тебе, государю, присылали. И приехал де, государь, на Терек к атаманье и х казаком Ших мирза, а сказал, что ему от шевкальского и от горских людей теснота великая, что он, живучи в горах, служит тебе, государю, и промышляет всяким твоим государевым делом. И шевкал князь[11] и горские люди переседают ево по дорогам, а хотят ево убити, и Ших де мирза хочет ехати к тебе, государю.

И посылал, государь, к нам в Асторохань Ших мирза своих людей дву человек, Урака да Бязия (?), с тем, что ему в Окуках от шевкальского и от горских людей прожити немочно, и он хочет ехати на твое государево имя в Асторохань[12].

л. 15

// И мы, холопи твои, к Шиху мирзе с людьми ево приказывали словом, штобы он на твое государево имя ехал в Асторохань[13]. А грамоты к нему не послали, потому что у нево грамоты татарским письмом и руским[14] прочести некому.

На л. 14об. адрес: Государю царю и великому князю Федору Ивановичю всеа Русии.

ЦГАДА, ф. Ногайские дела, 1586, № 1, л. 14-15. Подлинник.

№ 2-3

1587 г. апреля ранее 12 –июля 27. – Из дела о посольстве Родиона Биркина и Петра Пивова к кахетинскому царю Александру

2

1587 г. апреля ранее 12.[15] – Грамота царя Федора Ивановича окоцкому мурзе Шиху[16] о пропуске и провожании в Гоузинскую землю царских послов Родиона Биркина и Петра Пивова

л. 15

// А се такова грамота от государя царя и великого князя Федора Ивановича всеа Русии к Окутцкому Шиху князю о пропуске государевых посланников.

Бога единаго безначальнаго невидимаго, превыше небес пребывающаго и словом вся сотворшаго и духом своим всем живот дарующаго, страшнаго, неприступнаго, владеющаго силами небесными и устрояющаго по всей земле всяческая, его ж в трех имянех трепещут и боятца небесная и земная и преисподняя, сего силою и действом стоим и движемся и пребываем и величеству его славу возсылаем.

Мы, великий государь царь и великий князь Федор Иванович всеа Русии и великий князь владимирский, московский

л. 16

//, ноугородцкий, царь казанский, царь астороханский, государь псковский и великий князь смоленский, тверский, югорский, пермьский, вятцкий, болгарский и иных государь и великий князь Новагорода Низовские земли, черниговский, резанский, полотцкий, ростовский, ярославский, белозерский, удорский, обдорский, кондинский и всея Сибирские земли и Северные страны повелитель и государь Лифлянские земли и иных многих государств государь Окутцкому Шиху князю милостивное наше царское слово с великим жалованьем з доброю мыслью, великое наше крепкое защищенье богопособные нашие власти царские твоему улусу, безстрашное пребыванье в нашем царском в милостивном защищенье

л. 16об.

// ото всех ваших недругов. Слово наше то. Присылал к нашему царскому величеству бити челом Грузинские земли Александр князь послов своих Иакима с товарыщи, чтоб нашему царскому величеству его и его Иверскую землю пожаловати, держати б нам под своею царскою рукою в своем царском имяни и бороняти б нам его и его землю велети своим воеводам ото всяких его недругов[17]. И мы Александра князя и его землю пожаловали, под свою царскую руку приняли есмя и держати и оберегати его и его землю ото всяких его недругов своим воеводам велели. И послали есмя ныне к Олександру князю с его

л. 17

// послы вместе посланников своих Родивона Биркина да Петра Пивова. И как наши посланники Родивон и Петр з грузинскими послы будут у тебя в твоем улусе, и ты б нашего царского величества наших посланников Родивона Биркина да Петра Пивова с их людьми и грузинских послов Иакима с товарыщи тотчас через свой улус пустити велел и выпроводити их ис своего улуса велел до Алкаса князя Черкасково и до Грузинские земли поздорову.

ЦГАДА, ф. Грузинские дела, кн. 1, 1586–1591, л. 15–17. Копия XVI в. Отпуск.

Опубликовано: Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом, с. 16–17.

№ 3

1587 г. июля 20 – 27. – Из статейного списка русских послов в Кахетию Родиона Биркина и Петра Пивова об их пути от Суншинского городища до кабака кабардинского князя Алкаса

Лета 7095-го июля в 20 день по государеву цареву и великого князя Федора Ивановича всеа Русии наказу Родивон Биркин да Петр Пивов пошли с Суншина городища[18] в Грузинскую землю на Черкасы[19] на Алкаса князя мимо горские землицы – Ококи, Кумуки, Минкизы, Индили, Шибуты[20]. А пришли под Апкасов кабак[21] июля в 27 день…

ЦГАДА, ф. Грузинские дела, кн. 1, 1586–1591, л. 51. Копия XVI в. с подлинника.

Опубликовано: Белокуров С. А. Сношения России с Кавказом, с. 33.

№ 4

1587 г. апреля около 30. – Из грамоты царя Федора Ивановича императору Рудольфу о землях, «приложившихся» к Астраханскому царству

л. 102

//…А многие государства: Юргенской царь, и Хивинской

царевич, и Шевкальской князь, и Иверская земля[22] царь Олек- сандр Грузинской, и Тюменское государство[23], и Окотцкая земля[24], и Горские князи, и Черкаская земля[25], Кабардинские и Абазинские[26] и Ногайские орды, за Волгою и меж Волги великие и Дону, те все земли приложились

л. 102 об.

// к нашему государству, к Астороханскому…

ЦГАДА, ф. Сношения России с Австрией и Германской империей, кн. 5, л. 102. Копия XVI в.

Опубликовано: Памятники дипломатических сношений древней России с державами иностранными. Т. 1. СПб., 1851, стб. 991.

№ 5-7

1588 г. ноябрь. – Из дела о приезде в Москву к царю Федору Ивановичу посла кабардинского князя Алкаса Асланбека (Асламбека) и племянника окоцкого мурзы Шиха Ватая

№ 5

1588 г. ноября 16. – Прием на Москве в Посольском приказе дьяком Андреем Щелкаловым племянника окоцкого мурзы Шиха Батая[27] и посла кабардинского князя Алкаса Асланбека и переводы привезенных ими грамот царю Федору Ивановичу от окоцкого мурзы Шиха, от татарского царевича Мурат Кирея и от него же Борису Федоровичу Годунову

л. 1

// И лета 7097-го октября в 20 день приехали ко государю царю и великому князю к Москве з грузинскими послы вместе черкасы из Черкас от Шиха князя Окуцкого племянник его Баитав да от Алкаса князя посол Асламбек с товарыщи, всего их 7 человек.

И ноября в 16 день царь и великий князь велел тем черкасом быти в Посольской палате у дьяка Ондрея Щелкалова и грамоты у них велел поимати и их роспросити: с чем они ко государю царю и великому князю пришли и что с ними от их государей челобитье? – И того дни в Посольской полате у дьяка у Ондрея Щелкалова Шиха князя Окуцкого племянник Боитав и Алкаса князя посол Асламбек с товарыщи были.

л. 2

// и от Шиха князя племянник его Байтав подал ко государю грамоту да из Астарохани от царевича Мурат Кирея подал ко государю грамоту. Да от царевича ж от Мурат Кирея подал грамоту к боярину и конюшему к Борису Федоровичу Годунову. А после грамот Шихов племянник Бойтав бил челом государю царю и великому князю, чтоб государь дядю его Шиха князя и весь его кабак пожаловал и держал под своею царскою рукою; а он государю рад служити и со государевыми воеводами с терскими на всякого государева недруга стоять хочет, и где государь велит ему итти на свою государеву службу, и он готов на государеву службу, да и сына своего хочет ко государю послати в службу. А которые государевы посланники ходили в Иверскую землю Родион Биркин и Петр Пивов, и он государю служил же и посланников государевых Родивона и Петра в Иверскую землю и как назад шли из Иверские земли, и он их провожал. А государь бы его пожаловал, держал под своею царскою рукою и его обороняти велел от его недругов. – А от Олкаса князя посол его Асламбек бил челом государю, что государь его Асламбек[28] царю и великому князю служил и посланников государевых Родивона Биркина и Петра Пивова провожал и вперед государю хочет служить. И государь бы его держал под своею царскою рукою и ево оборонил от его недругов, а он

л. 2а

// от государя отступен не будет до века. – А грамоты от Олкаса[29] князя ко государю не было, а подал грамоту из Асторохани ко государю Мурат Кирея царевича.

л. 3

//Перевод с Ших-мирзины грамоты.

Великому князю Ших-мирза челом бьет. Холоп есми твой; для тебя яз в Железных Воротех[30] много нужи терпел есми и саблю есми за тебя доводил. То ли наша вина: 500 человек было казаков, и яз, Ших-мурза в головах, тобе служачи, Индили словет город, и с тем 7 городов взяли есмя. А посылал есми к тебе племянника своего Ботая, а слуг с ним Керменем зовут да Ураком зовут да Алеем зовут да Микинем зовут. Да есть городок, а от нас до него с полднища, и к нам оне не приложатца, и ты б с послом моим вместе прислал рать свою. Да есть здесь Аварской князь и он тобе служил же; да есть здесь Каракиш словет городок[31], а сами оне мусульманы, и те тебе бьют же челом; да Алхасом зовут, Шавкалов сын, и тот тобе служит. Да послал есми слугу своего в Грузи с вестью о послех твоих, а сам есми выехал встречать и взял есми их к себе. И службы моей к тебе много, чтоб тебе служба моя ведома была,

л. 4

// послал есми к тебе племянника своего. А отец мой мне приказывал: слово твое на голове держати и тебе служить, сколько твоей службы не будет, и нам служба твоя на голове держать; а коли отец мой жив был, и отец мой вам служил; а ныне и мы станем тебе служить. А ныне у меня слуг моих 500 человек, а велишь где итти на свою службу, и яз с теми своими слугами готов. А и запас будет на Терку город понадобитца, и яз стану и запас вазить. А которые на Терку воеводы, и яз тем воеводам мед и вино, 10 овец и куры и ячмяню возил. А черкасы и Арысланбек со мною в недружбе, а для того оне со мною в недружбе, что яз тебе, великому князю, белому царю, служу.

л. 5

// Божиею милостию великому государю царю и великому князю Федору Ивановичю всеа Русии и иных многих крестьянских и мусюльманских земель государю прежней твой холоп Ших-мурза Охутцкой тебе, великому государю, до твоих государевых ног много-много челом бьет.

Преж сего которые ваши государевы на Терке городы[32] были, и в те поры я с отцом своим с Ушарым мурзою[33] тебе, государю, верою и правдою служили; и после того как велел еси, государь, те городы разорить, и мы тогда с твоими государевыми с терскими атаманы и казаки тебе, государю, служили и твое государево имя выславляли и х Турскому и х Крымскому не приставал, и им которые прямили, и тех с твоими государевы казаки воевал. И как нынече прислал еси, государь, воеводу своего Михаила Ивановича Бурцова с товарыщи на Терек города ставить, прислал, и я, сведав то, что твои государевы воеводы на Терек города ставить пришли, и я, тот час в тот новой город к твоим государевым воеводам приехав, перед ними тебе, государю, правду дал. И после того твои государевы воеводы посылали меня с твоим государевым дворянином с Павлом Широносовым твоих государевых послов Родивона и Петра з грузинскими послы встречать за 10 днищ от нового города в Алкасов кабак. Да я ж Шевкалова сына Алкаса и с людьми его к шерти привел на том, что ему тебе, государю, служить и твоим государевым именем слыть и к Турскому и х Крымскому не приставать. Да и его с собою и с людьми его твоих государевых послов Родивона и Петра встречать имал и их до Тюменского до нового города проводили здорово. А к тебе, государю, с сею грамотою послал есми племянника своего Батава самупятого.

л. 6

// Перевод с Мурат Киреевы царевичевы i рамо ты ко государю.

Многих земель и всего крестьянства великому хосударю царю и великому князю Федору Ивановичю всеа Русии,5мно жество много челом бью, чтоб еси приятно учинил.

Которых еси, государь, послал послов своих и Ыверскую землю, и те, государь, послы твои ходили на Алкаса на Кабардынского; и Алхас, государь, их в Ыверскую землю провожал. А как

л. 6а

// они назад шли, и Алхас деи послал людей своих тех послов провожати и тебе, государю, служил. И с теми с твоими послы послал к тебе, ко государю, своего

л. 6б

// человека Арсланбека; и вперед тебе, государю, хочет служить и сына своего хочет сюды в Асторохань прислать, государь еси чтоб его пожаловал и человека бы его, пожаловав, велел в Асторохань отпустить. А Алхас тебе, государю, челом бьет, прислал конь. А печапованье мое то, чтоб еси, государь, Апхаса пожаловал.

л.7

//Перевод с Мурат Киреевы царевичевы грамоты к боярину и х конюшему к Борису Федоровичю.

Многих земель и всего хрестьянства великого государя царя и великого князя Федора Ивановича всеа Русии боярину и конюшему, отцу моему Борису Федоровичю много-много челом бью.

л. 8

// И после челобитья[34]… А ты б, отец мой Борис Федорович, для меня государеву величеству об нем печаловался.

ЦГАДА, ф. Кабардинские дела, 1588, № 2, л. 1–8.

Опубликовано: Белокуров С.А. Сношения России с Кавказом, с. 62–65.

№ 6

1588 г. ноября позднее 16. – Прием на Москве царем Федором Ивановичем племянника окоцкого мурзы Шиха Батая и посла кабардинского князя Алкаса Асланбека[35]

л. 9

// И ноябрь в … день царь и великий князь, выслушав переводов черкаских, велел черкасом Шихову племяннику Баитаву и Алкасову послу Асламбеку с товарыщи быти у себя у государя на дворе. И того дни[36] у государя царя и великого князя черкасы Шихов племянник Баитав и Алкасов посол Асламбек с товарищи были. А того дни были у государя Сибирские земли Сеитяк князь да царевич Уразмагмет Казацкие орды. А государь сидел в Золотой[37] в Подписной полате в царском платье; а бояре в золотном платье, а в сенех дворяне и приказные люди были в золотном же платье. А явил их государю челом ударити казначей Иван Васильевич Траханиотов.

И черкасы Шихов племянник Байтов и Алкасов посол Асламбек с товарыщи били челом государю от Шиха и от Алкаса, чтоб государь их пожаловал, взял под свою царскую руку и во оборону от их недругов; а они государю учнут служить и по смерть свою со государевыми

л.9а

//

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Все опции закрыты.

Комментарии закрыты.