Адаты черкес Черноморской кордонной линии

АДАТЫ ЧЕРКЕС БЫВШЕЙ ЧЕРНОМОРСКОЙ КОРДОННОЙ ЛИНИИ
Собрание сведений, относящихся к народным учреждениям
и законоположению горцев – адату 1845 года
СВЕДЕНИЯ ОБ ОБЫЧАЯХ КАВКАЗСКИХ ГОРЦЕВ В КАЖДОМ ОБЩЕСТВЕ ИЛИ НАРОДЕ, СОБРАННЫЕ ИЗ РАСПРОСОВ ИХ САМИХ
I. О разных родах сословий, различии и преимущественном праве, присвоенном им. Обязанности и взаимные отношения сословий.
§ 1. Народ, живущий в Кавказских горах и у подошвы оных, на пространстве Черноморской и Кубанской кордонных линий, по левому берегу реки Кубани, известен под общим названием черкес. Он разделяется на следующие племена или общества: хамышейское, черченейское, хатикосийское, темергойское, мохошское, беслансевское, абазехское, шапсугское, натухайское и убыхекос.
§ 2. Из сих племен: хамышейское, черченейское, хатикосийское, темергойское, мохошское и беслансевское делятся на следующие сословия: князья, духовенство, простой свободный народ и крепостные люди; а абадзехское, шапсугское, натухайское и убыхское имеют только дворян, духовенство, простой народ и крепостных людей.
§ 3. Все оные племена исповедуют религию магометанскую и, по сути, не признают никакой власти над собой, но, живя обществами, более следуют правилам аристократического и демократического правлений. Ни одно сословие у них не имеет своих твердых основных прав, преимуществ и обязанностей, но таковые некоторым образом усвоены каждым из них через народные предания, принятые издревле для руководства в их общежитии. Все лица, принадлежащие к одному из сих сословий, пользуются присвоенным правом с нижеследующими ограничениями. Каждое лицо пользуется правом своего сословия только после достижения совершеннолетия. Для мужчин у черкес совершеннолетие наступает тогда, когда мужчина в состоянии владеть оружием и участвовать в набегах, т.е. в шестнадцать лет. В эти лета он может распоряжаться своим имуществом, вступать в брак, заключать договоры и обязательства без всякого попечительства. До достижения этого возраста он находится под попечительством и не может распоряжаться собой и своим имуществом . Женщины могут вступать в брак с 14 лет и даже с 12-ти. С этого времени они становятся совершеннолетними, но распоряжаться имуществом, заключать какие-либо договоры и обязательства женщинам у черкес никогда не разрешается, потому что у них жены, как и у всех магометан, покупаются мужьями за известную плату. Эту сумму, называемую калым, получает отец невесты, а если такового нет, то ее родственникам, а если и их нет, то тот, у кого она находится на воспитании. Плата эта не одинакова, а зависит от условий и достатка жениха. Мужчина, какого бы он ни был сословия, может иметь у себя от одной до семи законных жен и семи наложниц, лишь бы в состоянии был содержать их. Законными именуются те жены, которые венчаны с мужчиной муллой , а наложницы – это те, которые не венчаны. Дети, рожденные от законных жен, считаются законными наследниками, а рожденные от наложниц почитаются незаконными и не имеют права на наследство. Они получают только то, что им выделит отец при жизни.
§ 4. Муж высшего сословия передает право сего сословия жене, но жена не передает своего сословия ни мужу, ни детям; сама же не теряет его после вступления в брак, если оно принадлежало ей до замужества.
Примечание. Во всех черкесских племенах принято, чтобы жены, оставшись вдовами, выходили замуж за родных и двоюродных братьев умерших своих мужей, если таковые есть и пожелают на них жениться. Если таких нет, то на них могут жениться племянники их мужей и другие родственники. Когда таковых родственников нет, то вдова может выходить замуж и за постороннего мужчину одного сословия с умершим ее мужем, который обычно платит за нее калым родственникам, у которых она живет после смерти своего мужа. Если же женщина останется вдовой, то она живет со своими детьми или у своих родственников по отцовской линии.
§ 5. Если кто право на свое сословие утратит из-за каких-либо обстоятельств, например из-за неправильного присвоения в крепость и т.п., то, предъявив надлежащие доказательства, ему предоставляется право возобновить свое сословие.

II. О дворянстве.
§ 6. Дворянство у объясненных племен разделяется на высшее и низшее. И то, и другое является потомственным, переходящим от родоначальника дворянина на всех его потомков в мужском и женском коленах. Родоначальники высшего дворянства получили это достоинство еще в древнейшие времена от арабских халифов, татарских князей, турецких султанов и других повелителей азиатских народов, имевших большее или меньшее влияние на эти племена, за особенные их заслуги, оказанные им. Низшее дворянство наделено сим правом уже сими достойными из числа живших под их покровительством и служивших у них телохранителями, которые обратили на себя их внимание своей расторопностью, предусмотрительностью, распорядительностью в военных делах, опытностью в советах, преданностью и верностью к их особе. Такого рода дворяне именуются у черкес второстепенными и третьестепенными.
§ 7. Принадлежащие к высшему дворянству именуются у хамышейцев, черченейцев, хатикосийцев, темергойцев, мохошцев и бесленеевцев князьями. У абадзехов же, шапсугов, натухайцев и убыхов они называются первостепенными дворянами, которые почти приравниваются в правах своих с князьями. Князь и первостепенный дворянин всегда имеют преимущество перед подобными себе, если их предки прославили себя чем-либо достойным внимания. Впрочем, у первых шести племен также есть первостепенные дворяне, но они всегда почитаются ниже князей и первостепенных дворян последних четырех племен. Второстепенные же и третьестепенные дворяне во всех сих племенах существуют на одинаковых правах с весьма небольшим различием. Например, в народных собраниях шапсугские, абазехские, убыхские и натухайские дворяне сего рода имеют преимущество пред таковыми дворянами прочих племен.
§ 8. Дворянство передается родом и браком. Каждый дворянин передает состояние свое посредством рода всем его законным детям и потомкам, а посредством брака – жене, несмотря на ее происхождение или предшествовавший брак.
§ 9. Дочь дворянина, выходящая замуж не за дворянина, сохраняет свое состояние, но мужу и детям его не передает. Вдова дворянина, какого бы она ни была происхождения, сохраняет сословие, приобретенное ею через сей брак, даже если впоследствии она вышла замуж не за дворянина. Мужу и детям своего сословия не передает. Впрочем, принято за правило, что мужчины должны выбирать себе жен одного с ними сословия, а потому редко случается, что князь женится на дворянке, а дворянин – на простой.
§ 10. Никто у горских народов из духовного звания, простого свободного народа и крестьян не может достигнуть дворянского достоинства. Оно не присваивается ни за личную храбрость, ни за опытность и благоразумие в советах, словом ни за какие услуги.
§ 11. Князь пользуется совершенной свободой и ни от кого независим. Жители аулов, которые находятся под его покровительством, в некоторой степени признают над собою его власть. Он пользуется особенным и отличным уважением не только простого народа, но и всех низших дворян и духовенства. Он почитается владельцем и покровителем аулов и земель, принадлежащих ему, обязуется их оберегать и защищать. Тот аул, в котором он сам живет с крепостными своими людьми, покровительствует особенно и считает его как бы своей собственностью, хотя и не имеет права распоряжаться его жителями и их имуществом по своему произволу. Священной обязанностью князя является защита жителей этого аула от их обидчиков, во всяком случае, охрана его целостности.
§ 12. Князья над крепостными своими людьми и их имуществом имеют неограниченное право. Они получают таковых людей по наследству от своих предков, и такого рода крестьяне именуются родовыми. Их покупают у других владельцев, но и в том, и в другом случае без земли, которая у горцев считается общей, неделимой и никому не принадлежащей. Наконец, князья увеличивают число таких людей пленными, захваченными в разных ситуациях у своих одноплеменников и единоверцев. Сии крестьяне называются благоприобретенными. Владельцы их судят сами и сами же чинят над ними расправу без участия других лиц. Они используют их для работы по своему усмотрению, продают и дарят, кому пожелают, семействами и по отдельности. Они даже могут лишать их жизни и за сие не подвергаются никакой ответственности. Зато владельцы обязаны печься об их благосостоянии, защищать их от всяких сторонних обид, предоставлять им возможности для безбедного существования и пропитания. Их малолетних сирот, остающихся без родственников, берут на свое собственное содержание. Тех же, кто имеет своих родственников, особенно зажиточных, поручают им для содержания и воспитания.
§ 13. Во всех народных собраниях и совещаниях князья занимают первые места по старшинству их родоначальников. После них в таком же порядком идут первостепенные и низшие дворяне. Благоразумные советы и суждения князей принимаются во внимание в первую очередь, ранее мнения первостепенных и низших дворян, и проводятся в исполнение. Впрочем, и мнение сих нередко принимают во внимание, особенно когда они основательны.
§ 14. Князья не имеют никакой власти над дворянами, духовенством и простым свободным народом, но сословия эти некоторым образом повинуются их воле. Это происходит исключительно из-за уважения к их так называемому высокому титулу, который ниспослан им, как они верят, от самого Аллаха. Большим уважением пользуется тот, кто приобрел славу своим умом, мудростью в советах, справедливостью, честностью, бескорыстием, прямодушием и храбростью. Такому князю они повинуются почти слепо, и воля его или приказание для них закон. Низшие дворяне таким преимуществом не пользуются, но также имеют право на уважение духовенства и простого народа. А крепостными людьми, которых они также приобретают, как князья и первостепенные дворяне, низшие дворяне распоряжаются совершенно по своей воле подобно сим последним.
§ 15. Князья имеют исключительное право перед дворянами, пользуются лучшими местами для пастбищ своего скота на всей территории, на которой живут аулы одного с ними племени, которым они покровительствуют. Близ того аула, в котором они живут, князья даже пользуются правом ограничивать для себя наиболее удобную землю под хлебопашество и сенокос, которую жители сего аула, как и других, не могут обрабатывать в свою пользу без их разрешения. Лес же, принадлежащий сему аулу, жители могут рубить для своих потребностей, но ежели пожелают рубить для обмена на меновых дворах, то делают сие с дозволения князя. После обмена леса князю дают известный калым (дань), т.е. из каждой мерки соли, полученной за лес, дают коряк (ковш) оной, который весит пять фунтов. Иногда дань сию платят по взаимному согласию, которое заключается между ними однажды и навсегда и изменяется очень редко и то по весьма уважительным причинам. Дань сию платят не только солью, но вообще теми продуктами, какие получают на меновых дворах за свои продукты, т.е. разным красным лавочным товаром и проч., рассчитывая его соразмерно количеству соли. Жители других аулов, признающие их покровительство, ни на свои потребности, ни для обмена не могут рубить сего леса, только по их приглашению. Пользуются таким приглашением жители из близлежащих лесов к тем аулам, в которых князья проживают. Когда его обменяют на меновых дворах, то платят князю такой же калым. Таким же образом получают они от всех дань за лес, обмененный ими на меновых дворах, в виде кожи разного рода, масла, меда, орехов, кислицы, грушь и прочее. Таким же образом поступают, если привозят что-либо для обмена жители аулов. Тогда платят им большей частью такую же дань, а иногда и большую по договоренности. С этой дани себе оставляют две части, одну отдают дворянам и такую же часть отдают простому народу. Такую дань делят старейшины семейств между собой поровну. Дворяне и духовенство, живущие как в аулах, которым они покровительствуют, так и в других аулах, за обмен леса и других своих продуктов на меновых дворах дани князю не дают.
§ 16. Для наблюдения за количеством обменянных продуктов и леса на меновых дворах простым народом и для верного получения калыма, каждый князь или дворянин, имеющий меновой двор, навсегда или временно назначает на него от себя доверенное лицо, которое ему и отчитывается.
§ 17. Князья все работы по хозяйству своему выполняют крестьянами своими, но для пашни земли, жатвы хлеба и сенокоса, а иногда для рубки дров и вывоза леса используют и свободный простой народ из аулов, которым они покровительствуют. Особенно сию обязанность исполняет народ, живущий с ним в одном ауле, но работы сии вменены народу в непременную обязанность и исполняются ими по приглашению князя и по доброй своей воле из уважения к его званию. На работы сии выходит народ с собственными волами, арбами и нужными орудиями труда, а продовольствие получает от того, на кого работает. Продовольствие это должно быть в изобилии и лучшего качества. Князь режет для сего хороших молодых коров и баранов. Чем лучше он будет кормить, тем больше привлечет к себе народ, который будет прилежнее работать, останется вполне доволен и охотно пойдет вновь на работу по его приглашению. Если же народ встретит недостаток в продовольствии или продовольствие будет нехорошего качества, то народ работает лениво, нередко раньше времени оставляет работу и в следующий раз уже не соглашается. Князь принудить его к сему властью не имеет права. Работы сии продолжаются день, два, но не более трех, а если еще будет необходимость, то народ приглашается вновь. Первостепенные и низшие дворяне также имеют право приглашать простой сословный народ на таких же правилах, но только из того аула, в котором живут. Из других же аулов и из того, где живет князь, даже если дворяне живут там, приглашать они не могут.
§ 18. С незапамятных времен (так выражаются черкесы) ведется у всех черкес обыкновение одаривать чем-либо своего гостя и угощать его, чем только может хозяин и что имеет лучшего. Подарки сии всегда делаются лучшими вещами и животными: оружием, луком, колчаном со стрелами и панцирем, богатым одеянием, конской сбруей, богато украшенной серебряным набором с золотой насечкой и под чернью (что они отделывают довольно превосходно и с особенным свойственным им вкусом), хорошими лошадьми и буйволами. Дарят они даже быков с арбами, коров и овец. Это делают более низшие дворяне и простой народ. Сие преимущество делается таким гостям, которые приезжают из других племен и дальних аулов, черкесы же одного племени хотя и бывают в гостях один у другого, но особенных подарков не дарят. Как правило, один знакомый приезжает к другому с несколькими своими знакомыми, гостит дней шесть и более, и хозяин обязан угощать наравне со своим приятелем и всех с ним приехавших, а старшему из них подарить что-либо. Гостеприимство сего рода и этикет наиболее точно соблюдаются между князьями, первостепенными и прочими дворянами. Гость имеет даже право требовать себе у хозяина понравившуюся ему лошадь или какую-либо вещь, и хозяин не может ему отказывать. Отказ воспринимается как обида и порождает между ними неудовольствие, вражду, непримиримую злобу и мщение, которое нередко оканчивается убийством кого-либо из них или из их родственников. Даже если требуемой гостем лошади или вещи нет у хозяина, а есть она у простого черкеса из аула, которому он покровительствует, то он обязан доставить ее. Выполнить сие может только князь, которому издревле дано право брать самопроизвольно у простого свободного народа из аула, которому он покровительствует, вещи, понравившиеся его гостям или ему самому, что-либо из оружия и вещей или несколько лошадей, быков и баранов для подарков своим гостям и их угощения. Дворяне делать этого не могут. Впрочем, князья делают подобный побор при условии, что восполнят хозяину взятое у него такого же рода вещами или животными. Если же князья сего не исполнят, то дворянин, живущий в том ауле, у простых жителей которого сделан подобный побор, считает в таком случае уже и себя обиженным. Он просит князя удовлетворить тех, у кого были забраны вещи, а если князь не удовлетворит его ходатайство, то он вместе с жителями аула ищет покровительства другого князя одного с ним сословия (а иногда и другого, что впрочем случается редко). Они переселяются со всем своим имуществом в покровительствуемый им аул на жительство, посредством которого уже и ищут удовлетворения в суде обиженного побором. Когда он получит удовлетворение, то обязан возвратиться с теми же людьми на прежнее свое жительство и признать покровительство прежнего князя. Если же и по решению суда обиженный не получит удовлетворения, то он вместе с людьми навсегда остается жить на новом месте и старается уже возвратить взятое хищничеством. Нередко даже случается драка, если не удается угнать какой-либо скот тайно, уворовать вещь или утащить ее у кого-нибудь из крестьян. Во всех сих случаях князь, принявший дворянина с народом под свое покровительство, дает им пособие и не допускает их обид.
§ 19. Гостеприимство у черкес считается главной добродетелью. Гость у них, кто бы он ни был, – особа неприкосновенная, а если кто-либо из посторонних рискнет причинить ему обиду, то хозяин считает ее большей обидой, чем если бы она была нанесена прямо ему. В этом случае князь обязан добиться удовлетворения обиженного, даже если бы это стоило крови.
§ 20. Кроме подарков, которые делают князья своим гостям, они считают себя как бы обязанными дарить что-либо время от времени не только дворянам, но и простым почетнейшим жителям аулов, покровительствуемых ими. Это делается ими для того, чтобы расположить их и привязать более к себе. Это подарки делают первостепенные и низшие дворяне почетнейшим гражданам с той же целью, что и князья .
§ 21. Обязанность князей – прекращать между жителями аулов, которым они покровительствуют, всякого рода ссоры и возникающие неудовольствия, удерживать их в согласии и дружбе, а за обиды, причиняемые им жителями других аулов, искать виновных и добиваться удовлетворения обиженных. Такую же обязанность исполняют и первостепенные дворяне между племенами, у которых нет князей, а низшие дворяне вообще обязаны ограждать от обид и утеснений жителей тех аулов, в которых они живут.
§ 22. Князья и вообще дворяне могут поступить в духовное звание, если выучатся грамоте турецкой, изучат хорошо алкоран и подробно все правила в магометанской религии, но сие очень редко случается.
§ 23. Князья и дворяне всех степеней за причиненные им обиды получают по решению суда от обидчиков своих вознаграждение большее, нежели люди других сословий. Князь получает больше всего, первостепенный дворянин меньше, второстепенный еще меньше и т.д.
§ 24. Поступки и действия князей, которые противоречат принятым правилам общежития, разбираются только князьями и первостепенными дворянами, а поступки и действия первостепенных и низших дворян разбираются лицами дворянского происхождения и князьями. Лица простого звания в сем участвовать не могут.
§ 25. Князья и дворяне никакой подати никому не платят и не лишаются по черкесским обычаям своего достоинства за преступления, ими совершенные, а ответствуют за оные штрафом, какой будет определен судом.
III. О духовенстве.
§ 26. Духовенство у черкес составляют: эфенди или кадий, старший мулла (соответствующий русскому благочинному священнику), мулла (священник), муэдзин (диакон), который голосом созывает на молитву, и их прислужники, или причетники, сафста (дьячок), ид жаго (пономарь). Все сии лица исполняют правила, предписанные им в алкоране, и признают над собой власть верховного муфтия (митрополит-архиерей) – главы магометанского духовенства.
§ 27. В духовное сословие могут поступать лица из всех сословий, даже из крепостного, но только по дозволению владельца, если только научатся турецкой грамоте, читать и писать, алкорану и узнают твердо все правила магометанской религии. Лица княжеского и дворянского сословий весьма редко поступают в духовное звание, его всегда избирают лица из простого свободного народа, которые, достигнув звания муллы, пользуются уже правами дворянина.
§ 28. Желающий поступить в духовное звание первоначально учится турецкой грамоте, читать и писать, потом, изучив до известной степени, впрочем довольно подробно, алкоран, является к эфендию, которым экзаменуется в сем знании. Если будет достаточно сведущим, то после удостоверения свидетелей в том, что он незазорного поведения, эфендий дозволяет ему именоваться муллой и на сие звание дает ему письменное удостоверение на турецком языке. Прочих же лиц духовного звания, как-то: муэдзина, сафу и иджако, назначает сам мулла по мере приобретения ими сведений в турецкой грамоте и алкоране, не спрашивая эфендия. Достоинство эфендия дается верховным муфти – главой магометанского духовенства, живущим в Константинополе. Это достоинство дается только муллам, которые стали известными своим довольно твердым и подробным знанием алкорана, непоколебимостью в правилах магометанской религии, слывут сведущими даже в магометанской политике и получили достаточное образование в турецких училищах.
§ 29. Эфенди и мулла, несмотря на их происхождение, пользуются особенным уважением и доверием не только простого свободного народа и крестьян, но и самих дворян и князей. Они даже имеют право сидеть и кушать вместе с князем в отличие от дворян, которым требуется особое разрешение от князя. Муэдзин же, сафта и иджако подобным уважением не пользуются.
§ 30. Все лица духовного звания могут иметь крепостных людей, которых получают по наследству, приобретают и распоряжаются ими и их имуществом, как князья и дворяне.
§ 31. Эфенди и мулла со своими причетниками отправляют богослужение по правилам магометанской религии, изложенным в алкоране. Они непременно обязаны участвовать в сражениях, совершаемых черкесами, быть всегда впереди и даже предводительствовать оными.
§ 32. Эфенди и мулла могут иметь только по одной жене, которых они покупают у низших дворян и простого свободного народа, а после их смерти могут жениться на других, приобретая оных покупкой. Они могут вступать в сие звание и быть в оном неженатыми или жениться, будучи уже в сем звании. На таком же основании могут иметь или не иметь жен и прочие люди, принадлежащие к духовному сословию. Вдовы сего сословия после смерти своих мужей выходят замуж за их братьев или других ближайших родственников, если таковые есть и пожелают на них жениться. Если таковых нет, то они остаются при своих семействах или возвращаются к своему отцу или ближайшим родным, которые уже оными и располагают, выдают замуж за того, кто заплатит им калым, либо содержат их на своем иждивении до их смерти.
§ 33. Дети духовного сословия мужского пола после изучения турецкой грамоты и алкорана, обязаны принять на себя соразмерно степени своего образования один какой-либо духовный сан. Если же они пожелают и усовершенствуются в знании алкорана, то могут получить и высшую степень оного. Впрочем, если кто из них не пожелает принять духовный сан, то к сему не принуждается. В таком случае он остается свободным и пользуется тем званием, из которого происходит его отец, то есть остается дворянином или представителем простого свободного народа. В крепостное сословие никогда не обращается, даже если отец его и происходил из оного. Женщины выдаются замуж отцами, а если таковых лишились в малолетстве, тогда братьями, а если и сих не имеют, то воспитателями своими: родственниками или сторонними. Они преимущественно выдаются замуж за лиц, принадлежащих к духовному сословию, за князей и дворян, не получая от жениха за невесту никакой платы.
§ 34. Лица духовного сословия живут в черкесских аулах по своему произволу, там, где они пожелают и куда их пригласят князья, дворяне и простой свободный народ. С тех аулов, равно как и от крепостных людей, принадлежащих им, получают они для содержания себя и семейств своих определенную плату за совершение духовных треб. Более того, они берут дань от каждой мази (дома), а именно:
а) за обрезание младенцев, которое совершают эфенди и мулла, получают кожи с зарезанного при сем скота и барана на угощение гостей.
б) за венчание, которое совершают эфенди и мулла, а за их отсутствием может совершать муэдзин, получают от князя дань скотом, овцами и лошадьми, сколько он назначит по своему желанию. От дворника, простого свободного черкеса и крестьянина он получает то же самое. Как правило, он получает по одной корове, а иногда дается и лошадь.
в) за погребение, которое могут совершать эфенди и мулла, а за их отсутствием муэдзин, получают за князя или княгиню 30 штук скота и более или соразмерно этой стоимости овец, а иногда лошадь и две. За дворянина и дворянку получают от 7 до 15 штук скота соразмерно его состоянию или одну лошадь. За простого свободного черкеса, крестьянина и женщин сего сословия получают одну штуку скота, а кто богаче, тот дает и более. Сверх сего получают все одеяние и обувь покойников, тела которых они совместно с муэдзинами, если они присутствуют, обязаны обмыть и обвернуть чистым бельем, коленкором или миткалем. Одеяние же и обувь умерших женщин они не получают. Оно отдается тем женщинам, которые обмывают и обвертывают в чистый коленкор или миткаль их тела. За погребение детей мужского и женского пола, умерших до 15-ти лет, не получают никакой платы от их родителей, родственников и воспитателей. За тех, кто умер в возрасте старше 15-ти лет, получают выше объясненную плату соответственно сословию умершего. Если девушка выйдет замуж до 15-ти лет и умрет, даже на 13-м году, то за погребение ее платится уже как за женщину.
г) От каждой мазы получают сажень дров, арбу сена, десятую мерку каждого рода хлеба, одну овцу из ста штук, одну скотину из 60 штук рогатого скота, одну лошадь из шестидесяти лошадей, одну сапетку (улей) пчел из десяти сапеток, десятое яйцо каждого рода, десятую луковицу от лука, десятую головку капусты, а из дворовой птицы, по их просьбе, дают им столько, сколько кто может.
Примечание. Эфенди и мулла из дохода, получаемого ими за погребение умерших, одну часть каждый оставляет себе, а две отдает муэдзину и прочим своим причетникам, которые разделяют их между собою поровну. С прочего дохода эфенди и мулла выделяют части своим причетникам по своему усмотрению, каждому порознь.
§ 35. Кроме упомянутого дохода, эфендий и муллы имеют еще доход и от спорящих между собою лиц, если решают возникшее между ними дело шариатом, т.е. судят по алкорану. Например, изобличенный в воровстве возвращает украденное хозяину и платит эфенди или мулле, смотря кто из них проводил суд, в виде штрафа от уворованной им лошади пять рублей, от уворованной коровы и быка один рубль и от уворованных пяти овец рубль серебром. Изобличенный же в убийстве кого-либо, если его самого не убьют родственники убитого, кроме штрафа в размере 200 штук рогатого скота, положенного за сие преступление по алкорану, какого бы сословия убитый не был, платит эфендию или мулле, производившим суд, двести рублей серебром или десятую скотину. Совершивший прелюбодеяние с женой, у которой имеется муж, после изобличения его в сем поступке платит эфенди или мулле 15 штук скота, если муж не пожелает, чтобы она была наказана смертью по алкорану. Муж от соблазнителя не получает никакого удовлетворения.
Примечание: Все штрафы всегда уплачиваются у черкес скотом, овцами, лошадьми, а иногда оружием и другими вещами за неимением у них собственного изобретения денег, приводя все сие в объясненную цену. Но кто три раза присягал в чем-либо и не исполнил по данной присяге, например продолжает воровать, тот называется таабезе (отъявленный вор). Его непременно убивают, если поймается, потому что так определено в алкоране.
§ 36. Все лица духовного сословия пользуются совершенной свободой. Никто из них не обязан платить дань, не отдает отчета о родившихся, сочетавшихся браком и умерших, но совершенные эфендием, муллой и муэдзином браки каждый из них у себя записывает для справки и удостоверения законности брака в последствии. Такое подтверждение может потребоваться:
а) при разборе возникающих семейных распрей и разных неудовольствий;
б) при разделе имущества между наследниками.
Они могут переходить из аула в аул не только того племени, куда их пригласят, но и по своему произволу, без согласия на это князей или дворян тех аулов, в которых они живут. Даже муэдзин, сафта и иджако могут не согласовывать свое решение с эфенди и муллами и переходить к другим по своему произволу для совместного отправления духовных треб. Впрочем, все лица духовного звания всегда имеют должное уважение и почтение к князьям и дворянам и исполняют их приказы, относящиеся к светским делам. По духовным же делам они не имеют на них никакого влияния.
§ 37. За преступления лица духовного сословия судятся шариатом – судом духовным – и подвергаются взысканию, обозначенному в алкоране по разным видам преступлений. Муэдзин, сафта и иджако судятся муллой, мулла – эфендием, а сей – муфтием. Если духовное лицо совершит воровство или учинит прелюбодеяние с замужней или вдовой, с женщиной либо девицей, то виновный лишается своего сана и платит за женщину мужу. Если его нет, тогда платит родственнику или ее отцу 15 штук скота, а за девицу отцу или ее родственнику платит 5 штук рогатого скота, а ворованное возвращает хозяину.
IV. О простом свободном народе
§ 38. Хотя сословие сие и признает в некоторой степени над собой власть князей в тех племенах, где они существуют, но власть сия весьма поверхностная, не имеющая ничего определенного, твердого и постоянного. Таким образом, сей класс людей пользуется совершенной свободой во всех племенах или обществах горских народов наравне с сословиями дворян и духовенства, особенно в тех племенах, в которых нет князей.
§ 39. Простой свободный народ пользуется по своему произволу землей, лесом в местах своего проживания. Также они свободно занимаются и скотоводством, не платя ни князьям, ни дворянам никакой положительной подати, кроме обязанности делать подаяние духовным лицам и давать князьям и дворянам калым за обмен на меновых дворах, ими предусмотренных, леса и других своих продуктов, как сие сказано выше. Если же сей народ и работает на князей и дворян, под покровительством которых он живет, в нужное для них время, то сие делают исключительно по их приглашению и по доброй своей воле. Работа сия не вменяется ему в непременную его обязанность никаким непреложным постановлением.
§ 40. Хотя князья одного племени с сим народом имеют некоторое право брать у него по своему желанию что-либо из оружия, скота, овец и лошадей, принадлежащих ему, но обязаны за взятое удовлетворять его. Если же князь добровольно сего не сделает, то обиженный подобным побором вправе уйти со своим семейством и имуществом из аула, которому покровительствует этот князь, в аул другого князя. Таким образом он может требовать себе полагающегося удовлетворения. Князь, который принял его под свое покровительство, вместе с тем как бы принимает на себя и обязанность доставить ему удовлетворение от князя, взявшего что-либо самопроизвольно из его имения. Нередко даже случается, что из-за подобных поборов целые аулы сего сословия людей от них уходят, ищут покровительства других князей и переходят к ним на жительство, а иногда и остаются навсегда. Получив удовлетворение, они возвращаются на прежнее жительство.
§ 41 . Мужчины сего сословия имеют право только жениться на девицах своего же сословия; жениться же на девицах другого происхождения права не имеют, разве жених уворует невесту по согласию с ней; но сие преступление преследуется и невеста от похитителя отбирается, когда не будет повенчана; а когда уже будет повенчана, то не отбирается и похитивший платит отцу или родственнику ее весьма большой калым. Но девицы сего сословия могут выходить в замужество за дворян и даже за князей; сии последние платят за них отцам пли воспитателям их условленный калым: но для дворянина, а тем более для князя, жениться на простой девице предосудительно, почему и редко это случается.
§ 42. По принятому обычаю, простой свободный человек, покупая себе жену из своего же сословия, платит за нее от 7 до 15 штук рогатого скота. Свободный человек с достатком платит за красивую и молодую девицу, понравившуюся ему, от 25 до 100 штук рогатого скота или выплачивает калым лошадьми, овцами, оружием и конской сбруей. Но бывает и так, что жениху понравится невеста, а он, не имея возможности заплатить за нее калым, требуемый отцом или ее родственником, спрашивает втайне ее согласия на замужество и ворует ее, если она на это согласится. После этого он вместе с нею отправляется верхом на лошади к мулле, который их венчает. Исполнив сей обряд, он может уже не платить за нее ничего, но случается так, что по доброй своей воле или по приглашению сторонних людей, принявших в сем деле участие, по просьбе отца или родственника невесты, жених обязуется заплатить им присужденный или требуемый калым, когда будет в состоянии. Это особенно касается случаев, если родственники невесты бедны. Тогда жених дает присягу, и обещанное в свое время выполняет.
§ 43. Сему сословию предоставлено право иметь крепостных людей, которых они получают по наследству и покупают, распоряжаясь ими и их имуществом по своему усмотрению как своей собственностью.
§ 44. Свободный черкесский народ имеет голос в общественных собраниях, где говорится о предстоящих набегам и других предметах, относящихся к народности. На такие собрания обычно отправляются представители сего сословия после избрания их как наиболее опытных и известных своим умом людей, решения которых народ выполняет беспрекословно.
V. О крепостных людях.
§ 45. Крепостных людей у кавказских горцев может иметь каждый, кто только в состоянии их приобрести покупкой или к кому таковые перейдут по наследству, какого бы он сословия ни был.
§ 46. Люди эти – сущие рабы, повинуются своим владельцам слепо и исполняют все работы по их приказанию, переносят терпеливо их угнетения, словом, несут все тяготы жизни и не имеют возможности в облегчение своего состояния приносить кому-либо свои жалобы на владельцев. Владельцы эти, какого бы сословия они ни были, владеют и пользуются ими совершенно на одинаковых правах.
§ 47. Крепостные люди, по принятому издавна обычаю, работают для себя и своих владельцев. Из зарабатываемого хлеба каждого рода и сена определяют половину для владельцев, а другую половину для содержания себя с семейством и своего скота. Свою часть хлеба и сена никому ни продать, ни подарить не имеют права без воли своих хозяев. Продавая же или обменивая свой скот, лес и другие продукты своего хозяйства по своему усмотрению, из вырученной суммы, полученной за обмен соли и лавочных товаров, они также обязаны выделять половину своим владельцам. Кроме того, крепостные женщины и девицы выполняют все женские работы по дому своего владельца.
§ 48. Крепостные люди, хотя и пользуются приобретенным скотом и другим имуществом, но их владелец вправе оное от них отобрать и употребить в свою пользу.
§ 49. Крепостной человек может получить свободу по воле своего владельца и по доказательству о свободном своем происхождении, из которого он неправомерно вовлечен в крестьянство. Получив свободу, он остается в сословии простого свободного народа и может поступать в духовное сословие, когда научится турецкой грамоте и алкорану.
§ 50. Крестьянин может жениться на крестьянской девке и вдове одного и того же владельца с его позволения. За невесту одного и того же владельца с его позволения не платит никому никакого калыма. На крепостной девке и вдове другого владельца, равно как и на девке свободного простого сословия, жениться по своему произволу на таком же основании не может. Если владелец, не имея между своими крепостными девок и вдов, пожелает женить его на крепостной девке или вдове другого владельца, то покупает у сего для того невесту. Если девице от 15 и до 20 лет, то платит 60 штук рогатого скота или 1000 руб. на ассигнации, а за вдову не старее 30 лет – от 30 до 40 штук рогатого скота. Кроме того, отцу невесты или ее родственнику, у которого она находится, платит еще три штуки скота. Таким образом владелец может приобретать у другого владельца и крепостных мужчин для своих крепостных девок, но за сих платится уже гораздо дешевле: за мальчика от 15 до 20 лет платится 15 и 20 штук рогатого скота, за мужчину от 20 и до 30 лет платится 25 и 30 штук рогатого скота или 700 руб. на ассигнации . Таким же образом владельцы могут приобретать невест для своих крепостных мужчин и из свободного простого сословия по согласию их родителей или родственников и воспитателей, у которых они находятся. Платят им за оных от 25 до 60 штук рогатого скота.
§ 51. Кавказские горцы при покупке невесты, из какого бы сословия она ни была, берут во внимание ее красоту, здоровье, телосложение и знание рукоделий, подобающих женскому полу и у них используемых.
§ 52. Если крепостной человек не в состоянии за сделанное им преступление уплатить штраф, то за него платит его владелец, и из имущества его постепенно возвращает себе потраченное или отдает его на некоторое время в услужение тому, кому он должен заплатить штраф. По прошествии условленного времени, владелец возвращает его себе и берет с него присягу не делать более преступлений. Подобную присягу берет с него и тогда, когда уплатит за него штраф. Если и после сей присяги крепостной человек сделает преступление во второй и в третий раз, то в таком случае пополняется штраф из его имущества, если он имеет такое, а если не имеет, то платит оный его владелец. Последний его продает или навсегда променивает другому владельцу какого-нибудь дальнего племени либо турецкому подданному. Случается, что если такого негодяя владелец никому не продаст и не променяет, а исправления в нем не предвидит, то он лишает его жизни. В таком случае он уже не платит за преступление никакого штрафа.
§ 53. Крепостные люди участвуют в набегах и сражениях не иначе как с дозволения своего владельца, совместно с ним. Он имеет их при себе как своих телохранителей и использует только в крайних случаях. Владельцы дорожат своими крепостными людьми, чтобы иметь посредством их большую для себя выгоду в получении дохода, поэтому они в случае сборов горцев к набегу стараются всячески уклониться, чтобы крестьяне их в сем не участвовали.
VI. Об адате или суде по обычаям горцев
§ 54. Суд у всех вышеупомянутых кавказских горцев по их древним обычаям это словесное примирительное разбирательство спорящих лиц по добровольному их согласию через избираемых ими судей, их посредников.
§ 55. Все дела, возникающие между горцами, можно разделить на гражданские и уголовные . Сообразно понятию горцев о преступлениях, к гражданским делам можно отнеси всякого рода тяжбы и ссоры о праве на землю и угодья, которые находятся во владении какого-либо общества или племенем, об аулах, о крестьянах мужского и женского пола, о праве собственности на движимое имущество, споры по неисполненным словесным договорам и обязательствах , споры за нарушение прав личными обидами, ущербами, убытками и самоуправным завладением, воровством и поджогом. К уголовным делам относится убийство, нанесение ран, изнасилование женщины и девицы, удар плетью или другим каким-либо оружием и явный грабеж.
§ 56. По всем гражданским делам виновный ответствует штрафом или пеней, налагаемым по суду на него, если не примирится добровольно с тем, кому причинил каким-либо способом обиду. По делам же уголовным отвечает жизнью, а если сыщет возможность укрыться от обиженного им лица или его наследников и родственников, то вина его разбирается судом, и за преступление налагается на него штраф, но гораздо больший, нежели по гражданскому делу. По всем этим делам и преступлениям штрафы у горцев заключаются в том, что виновные платят обиженному присужденное судом рогатым скотом, лошадьми, овцами, оружием, конской сбруей, одеянием и крепостными людьми. Если совершивший обиду или преступление так: беден, что не может заплатить штрафа, то платит за него тот, кто принял его под свое покровительство, а он ему уже отрабатывает. Если же его покровитель не соглашается на это, то виновный продается кому-либо из горцев, а большею частью туркам, т.к. они имели свободную торговлю с ними. Полученные за него вещи или деньги отдаются обиженному. Телесному наказанию по суду учинивший преступление, какого бы он звания не был, никогда не подвергается.
§ 57. Мщение у горцев развито в высшей степени. Оно между ними после первенствующей страсти к воровству является второй страстью. Отец семейства рассказывает уже детям своим, отрокам о мщении как о высшей добродетели, которую он внушает им выполнять непременно. Они в свою очередь это внушают своим детям, таким образом переходит мщение из рода в род, отчего получивший обиду изыскивает все средства, позволительные и не позволительные, чтобы достойно отомстить обидевшему его. На этом основано у них правило, что кровь отвечает кровью или, как они выражаются, «кровь за кровь», то есть убийца непременно должен быть сам убит. Это исполняют наследники убитого и родственники даже до третьего колена, если только отыщут и захватят убийцу. Если убийца скроется от них так, что не будет возможности отыскать его и схватить, или если он приобрел беспредельное покровительство князя, имеющего сильное влияние на народ, то убивают наследника его или ближайшего родственника. Этим прекращается вражда между убийцей, его родными и родными убитого. Нередко бывает так, что убийца, не имея возможности укрыться в аулах одного с ним племени, уходит в аулы другого племени и там отыскивает себе убежище. В этом случае ходатайство примирять его с родными убитого принимает уже на себя принявший его под свое покровительство посредством лиц одного племени с убийцею, заслуживающих уважения и доверия. Если покровитель в сем не преуспеет, то всячески старается хищнически захватить у самого ближайшего родственника убитого малолетнего сына от 4-х до 9-ти лет. Тщательно храня его у себя, он его воспитывает, как свое собственное дитя, до совершеннолетия. Затем, снабдив его богатым одеянием, хорошим полным вооружением, лучшей верховой лошадью с принадлежностью к ней, отправляет его к отцу вместе с подарком, который заключается в нескольких штуках рогатого скота или хорошей лошади. Отец, принимая своего сына, не может не принять и присланных с ним подарков как знаков совершенной покорности убийцы, испрашивающего у него прощения, и изъявление к нему дружбы и уважения убийцы, воспитавшего его сына. Он прощает убийцу, посылает взаимно достойный подарок покровителю и воспитателю своего сына и становится с ним тесным другом, считаясь с сего времени как бы единокровным родственником . Также отвечают преступники жизнью, если не спасутся подобным образом, и за все преступления, отнесенные к уголовным делам.
§ 58. Кроме суда по обычаям, горцы с недавних времен ознакомлены турками с судом шариата, т.е. духовным судом, который производится муллой по правилам алкорана. Сколько турецкое правительство, особенно пред началом прошедшей войны с Россией и во время продолжения оной, ни старалось ввести между горцами во всеобщее употребление суд-шариат, для чего разослано было к ним по разным местам нарочитых мулл, но цели своей не достигло. Горцы хотя и приняли его сначала с энтузиазмом, но, увидев впоследствии направленные действия, суждения и злоупотребления мулл, начали мало-помалу отстранятся от него. Так что ныне все возникающие дела между князьями, дворянами и простым народом кавказских горцев разбираются судом по древнему их обычаю (адат). Одно духовенство по делам, возникающим между оными, разбирается шариатом. Впрочем, не возбраняется никому и из другого сословия горцев разобраться в своем деле сим судом. Это зависит от воли и согласия спорящих сторон избрать для разбора своего дела суд адат или суд шариат.
§ 59. Для разбора дел как гражданских, так и уголовных по адату, все вышесказанные горские племена, каждое для себя, назначают из своей среды постоянных судей по 4 или по 6 из каждого сословия, которые и обязуются присягой по алкорану разбирать и решать дела, возникающие между жителями их общества, каждые в своем сословии, по совести и по крайнему своему разумению. Кроме этих судей, спорящие по своему согласию имеют право избрать еще одного общего судью или посредника в своем деле, который имеет при разборе дела два голоса против одного из обозначенных судей. Он также перед началом разбирательства дела принимает присягу по алкорану о том, что будет совершенно беспристрастным в разбирательстве дела. Впрочем, правило это нимало не стесняет горцев поручать дела свои разбору судей, избираемых ими по своему произволу для каждого дела отдельно. Эти судьи, согласившись на сие, принимают присягу по алкорану разобрать предлагаемое дело по совести и беспристрастно.
§ 60. Если спорящие стороны не помирятся между собой сами добровольно, то решают, поручить ли свое дело разбору постоянным судьям или новых для сего избрать. После соглашения о сем предварительно назначают каждый для себя по два или по три человека из постоянных судей, большею частью из того сословия, к которому они принадлежат, или особенно заслуживающих доверия, которых и упрашивают быть судьями по их делу. Кроме таковых, избирают одного общего судью или посредника из постоянных судей, или особого человека. Они могут поручить разбирательство дела избранным судьям и без такого посредника , но князья и дворяне к разбирательству возникающих дел между простыми свободными горцами никогда не допускаются. Они считают их недостойными обсуждать дела, а избирают судей из своих сословий.
§ 61. Судьи, избранные спорящимися, до рассмотрения их дела требуют от них согласия в том, что они будут довольны их разбирательством и решением и не предоставят права приговор их передать разбору и суждению новых судей, если по их мнению он будет учинен ими несправедливо. Если спорящие объявят, что какое бы избранные ими судьи, одни или с общим посредником, ни постановили решение по их делу, таким они останутся навсегда довольны и не предоставят права подвергнуть оное вновь разбирательству и суждению других судей, то сие свое согласие должны утвердить присягой по алкорану через муллу. Если же стороны останутся недовольны решением и предоставят себе право решение, вынесенное избранными ими судьями по их делу подвергнуть разбирательству новых судей, то в таком случае стороны присяги не принимают, но судьи приступают к разбирательству поручаемого им дела.
§ 62. Предоставляется также право принять присягу и одному из спорящих в том, что он останется доволен решением дела. В таком случае, если противник его, не принявший присяги, будет также доволен решением, то оно приводится в исполнение. Давший присягу, даже если приговор будет решен не в его пользу, совершенно лишается права опротестовать оный.
§ 63. Сей суд, вновь избираемый спорящими лицами, можно назвать апелляционным судом – адатом, ибо обязанность его – точно разобрать суть дела, обнаружить справедливость или несправедливость приговора, сделанного по оному бывшим судьей. Если оный будет правильным, то он должен подтвердить его; а если неправильным, то отметить, в чем именно, и отвергнуть оный, вынеся новый приговор по переданному их обсуждению делу, основав его на строгой истине и крайнем своем разумении. Эту обязанность в России исполняют высшие суды в отношении решений, учиненных в низших судах, на которые приносят жалобы, называемые апелляционными жалобами или апелляционными прошениями.
§ 64. Недовольному разбирательством дела и приговором, вынесенным избранными им судьями, только один раз предоставляется право подвергнуть приговор разбирательству и суждению новых судей, которых он изберет для сего по своему выбору. Более одного раза уже не дозволяется, даже если и после сего вторичного разбирательства он остался недоволен приговором судей. Этот приговор проводится в исполнение, несмотря на таковое его неудовольствие, и он обязан такой приговор выполнить в точности.
§ 65. Разбирательство судьями дела и решительный приговор производятся словесно в следующем порядке. Судьи, избранные спорящими сторонами из числа постоянных или особенных, с каждой стороны по равному числу (по 2, по 3 и по 4, сие зависит от желания спорящих), после выполнения ими и спорящими обрядов, объясненных в §§ 59, 60, 61 и 62, выслушивают жалобу истца или обиженного. Затем заслушивают оправдание ответчика или причинившего обиду, потом свидетелей того и другого. После сего, отпустив их, совещаются и, придя к общему мнению, делают по оному приговор, основываясь на справедливых доводах спорящих и на свидетельских показаниях, заслуживающих совершенного вероятия и правдоподобия. Такой единогласный приговор свой передают на рассмотрение общего посредника спорящих, если он был избран, который при их обсуждении не присутствует. Если сей посредник посчитает сей приговор правильным, то спорящие соглашаются с ним. Если же по его мнению приговор будет неправильным, то посредник объявляет о сем судьям и вместе с оными уже рассуждает. Судьи иногда единогласно принимают его мнение и согласно с оным изменяют свой приговор, иногда только некоторые из судей с ним соглашаются, а другие остаются при прежнем своем мнении. Приговор считается окончательным, если его произнес общий судья, и с ним согласилось большинство или, по крайней мере, половина. Само собой разумеется, что приговор общего судьи, с которым не согласятся судьи спорящих сторон или согласится меньшинство, т.е. два голоса общего судьи против одного не превысят голосов прочих судей, то приговор оставляется без исполнения. В таком случае окончательным считается приговор, основанный на единогласном мнении судей, и сей приговор объявляется спорящим. Если они останутся довольными, то приговор приводится в исполнение. Если какая-то сторона остается недовольной, то приговор передается на рассмотрение других судей, которые будут ею избраны, если только сие право будет предоставлено согласно § 61. Если такое право не будет предоставлено, то таковой приговор приводится в исполнение, и дело их сим оканчивается. Этого дела уже ни они, ни наследники их никогда возобновить не могут.

Страницы: 1 2

Комментирование закрыто, но вы можите поставить трэкбек со своего сайта.

Комментарии закрыты.