Эвлия Челеби. Книга путешествия

В этой местности находится ставка бея шегаке, которая на языке черкесов называется «пшуко». О месте, где живет бей, говорят «пшуко», в смысле «ставка». Это большая деревня, подобная касаба. Все пятьсот пятьдесят домов крыты камышом, обнесены плетнем, имеют по две двери – одну за другой. Все [дома] имеют неприступный, также обнесенный плетнем двор. Но в этих краях нет ни акче, ни пулов , ни садов, ни виноградников, ни крытых рынков, ни базаров, ни постоялых дворов, ни бань, ни храмов. [Жители] – не неверные и не мусульмане. Если мы называли их «кяфирами», они гневались, [считая себя] оскверненными, а если мы говорили им «мусульмане», они не обращали внимания. Они отрицают воскрешение людей в день Страшного суда. «Человек уходит, погаснув, как огонь», – говорят они. Если они увидят неверного, то выказывают нелюбовь, а если увидят мусульманина, радуются. Это толпа горцев, мятежников и воров. По религии они огнепоклонники. Так как у них нет ни крытых рынков, ни базаров, ни денег, то они обменивают товары один на другой. Во всех домах есть очень способные, ловкие, искусные люди, рукам которых не чуждо ни одно ремесло.
Со стороны кыблы на расстоянии одного дня пути от [этого] селения шегаке – Черное море. Пшуко шегаке представляют собою дома, расположенные группами у подножия гор среди больших полей и лесов: сорок домов в одном месте, десять домов в другом, двадцать – в третьем, в которых поселились по соседству близкие и дальние родственники. Вокруг из длинных толстых бревен и прутьев делают азбаре, то есть двор, обнесенный плетнем, напоминающий крепость. Дома и все животные находятся в этом дворе-язбаре. Каждую ночь, приставив к дверям двойные подпорки и спустив с толстых цепей собак, подобных львам, они спокойно засыпают.
Весь Черкесстан таков. Бей шегаке, Энджирук-бей, восьмидесяти лет, бородатый, глухой, похожий на откормленного кяфира, также не мусульманин. Мухаммед-Гирей-хан остановился у него в доме, и в соответствии с его высоким положением хану предоставили просторное жилище. Этот бей шегаке владеет тремя тысячами конных и пеших, вооруженных ружьями воинов, а всего [черкесов-шегаке] десять тысяч человек. Кроме этого народа, на берегу Черного моря [других] черкесов нет. В этой местности кончаются пограничные области Приэльбрусья. В сторону кыблы от гор Шегаке лежат все земли абхазов, которые тянутся до берегов Черного моря. Страна Черкесстан простирается от склонов Анапских и Обурских гор, примыкающих к горе Эльбрус, вплоть до берегов реки Кубани. В ней по направлению с запада на восток девяносто конаков. Черкесстан начинается от горы Эльбрус и заканчивается [землей] народа шегаке на берегу Черного моря. А Шегакские горы прилегают к горе Эльбрус. Они тянутся с запада на восток до горы Эльбрус, Дагестана, страны кумыков и Демиркапу, персидского края.
Далее Эвлия Челеби делает ряд исторических экскурсов для доказательства происхождения всех кавказских народов от арабских племен.
О происхождении лазов, абхазов и шегаков говорится следующее. Вначале часть арабов-курейшитов бежала из Мекки в Багдад. Затем один из их вождей, Кису сын Пеше, со своими людьми перешел на службу к византийскому императору, а от него – к генуэзскому правителю Галаты в Стамбуле. Последний предоставил Кису в потомственное владение земли на берегах Черного моря. Кису и три его брата сели на корабли, переплыли Черное море и обосновались каждый в своем уделе. Лазка поселился в районе Трабзона, и от него пошли лазы. Абаза стал жить в теперешней Абхазии. Кису со своим сыном Шегаке достиг Анапы и положил начало племени шегаке. Впоследствии потомки его стали родоначальниками целых сорока племен, расселившихся на большой территории.
Затем Эвлия Челеби, ссылаясь на «древнегреческих, новогреческих, латинских, коптских, армянских, арабских, персидских и татарских историков», говорит о происхождении и расселении по земле народов в период от Адама до XVII в. Выясняется, что лицо земли украшают два народа – арабы и аджем. Под народом аджем прежде подразумевали не только персов, но и множество других народов: татар, турок, жителей Арабского, Персидского и Дадианского Ирака, Бадахшана, Азербайджана, Ирана, Турана и еще «сотни тысяч» народов, воспринявших веру Мухаммеда.
Далее следует легенда о переселении арабов-курейшитов на Кавказ. Араб из племени курейшитов по имени Джебль аль-Хеме совершил во времена халифа Омара проступок, каравшийся ослеплением. Оставив вместо себя брата Пеше, Джебль аль-Хеме бежал со своим родом к антиохийскому императору. Император дал ему убежище в горах Антиохии. Потом на Джебль аль-Хеме пошел войной Омар и вынудил его бежать к испанскому королю. Король дал роду Джебль аль-Хеме хасс в горах Албании. Здесь арабы смешались с албанцами, забыли свой язык и веру, стали говорить на албанском языке. И Несколько сыновей Джебль аль-Хеме жили вместе и сохраняли арабский язык. Не вынеся притеснений и обид от албанцев, они отправились к генуэзскому королю в Галату. Король дал в удел братьям земли в прибрежных районах Черного моря. Лазка поселился в районе Трабзона. Народ его ныне ошибочно называют лазами. Миграл стал жить возле Батума и реки Чорох. Народ его также ошибочно называют мегрелами. Абаза стал родоначальником абхазов. Садашан – родоначальником абхазов-садаша. Шегаке обосновался в крепости Анапа. Народ его также называется шегаке. Бербере сделал местом своего жительства остров Тамань, почему последний и называют землей Бербере. Мамелюке поселился в горах Хабеш. Эта область Черкесстана называется теперь страной Мамелюке. Бузудук укрепился в горах Обур. Народ его называют бузудук.
О происхождении черкесов говорится следующее. Шейх Пеше, которого Джебль аль-Хеме оставил правителем арабов-бедуинов, настолько хорошо управлял своими владениями, что халиф Омар дал каждому из сыновей Пеше в управление по одной провинции в Египте. Братьев звали: Кису, Арабимеваль, Аранудизехт, Омур, Арнаут, Хатукай, Жанай, Бесней, Болкай, Кабартай. В междоусобной борьбе за власть в халифате Кису потерпел поражение. Ночью он тайно бежал из своей ставки, захватив с собой всех своих детей. Когда наутро противники обнаружили его исчезновение, они сказали: «Сара Кису», что означает «Правитель Кису бежал». С тех пор и народ его стали называть саракису, сокращенно – саракис.
Искаженно это слово звучит «черкес». Бежав с поля боя, черкесы поселились между Багдадом и Мосулом. Через много лет Хулагу-хан насильно переселил их на земли, лежащие на юге Кыпчакской степи, по ту сторону реки Кубань, у подножия горы Эльбрус. Правителями там всюду стали черкесы. Их главенство признали и потомки четырех братьев, сыновей Джебль аль-Хеме, которых звали Шегаке, Бузудук, Мамелюке и Бербере. За двести пять лет, прожитых здесь, число владетельных потомков черкесов достигло семидесяти человек. Имя каждого из них стало именем меня, которым он управлял. Далее Эвлия Челеби пишет о «странном» языке черкесов, который, по его мнению, сложнее, чем 147 языков разных народов в восемнадцати известных ему по путешествиям государствах, и «не поддается описанию».
Так как вода и воздух здешних мест хороших свойств, то очень много достойных любви и застенчивых красавиц.
И нашему господину, его светлости Мухаммед-Гирей-хану, со словами: «Ты наш гость!» – даже подарили двух совсем юных девиц, Бану-Пейкер и Мелик-Муназзар, подобных чистым звездам, нераспустившимся бутонам, еще не тронутых, солнцеликих и луноликих. И цена каждой из них [равнялась] казне Египта.
Об удивительном внешнем виде черкесского народа
Все [черкесы] носят черные ермолки из ворсистого фетра. Надев черное узкое платье из тонкой [материи], вытканное, как плащ, из сученой шерсти черного барана, подпоясывают его кушаком. Ничего другого они на себя не надевают. Старики в зимние дни носят шубы из меха ягнят. Все одежды легкие и короткие, до колен. Большая часть из них кальсон не носит, а надевают чакшир из тонкой ткани. На ноги надевают чарыки с прошитым низом, которые не отличаются от тех, что носят в других краях. Кушаки, также вязанные из бараньей шерсти, похожи на шелковые. Мирзы носят месты, сшитые из особого красного сафьяна.
Они носят такие тесные и узкие красные месты, что с трудом стаскивают их с ног. Прочие же – бедняки – в зимние дни ходят, повязав на шее поверх одежды за концы накидку из черной (И белой шерстяной ткани. Эта одежда не имеет ни рукавов, ни разрезов [для рук и головы], ни воротника и представляет собою [кусок] ТОЛСТОЙ ткани, ворсистой с одной стороны. В битвах они держали эту ткань перед собой. Если бы Афрасиаб, Рустем и Сиаб вступили [с ними] в бой, они не смогли бы устоять перед черкесами, эта накидка была словно щит. Действительно, эту ткань не пробивали стрелы и не рассекали мечи. Иногда [перед] битвой эту ткань мочат и набрасывают либо на спи-ну, либо на грудь, либо, по потребности, на правое или левое плечо. Они вступают в бой как бешеные медведи.
Воины были обязаны иметь по одной чистокровной лошади, щит, лук со стрелами, меч, копье. Острия их мечей похожи на острия четырехгранных и трехгранных копий. Вначале они останавливают врага мечами, потом мечами же рубят.
Их пешие воины все имеют ружья и стреляют свинцовыми пулями [так метко, что попадут] в глаз блохе. Они сами изготовляют черный порох. Некоторые беи возят ружья на лошадях, а копий не носят. В этой стране особенно любят серых в яблоках и черных коней. Оздемир-оглу Осман-паша сказал о них: «Кони их породистые» – и обменял пять пленников-черкесов на лошадь.
Народ этот очень вороватый. Неворующим в этой стране даже девиц не дают, говоря: «Это не джигит». Поэтому ночью, надев черные одежды, грабители отправляются на свой промысел. Они похищают и забирают девиц, юношей и даже солидных людей, или совершив подкоп под дом, или повстречав в горах и в поле. Если [тем удается] тотчас добежать до своей деревни, то они спасаются, а если промедлят, то их хватают, берут в плен и продают османам или татарам. Или они добиваются освобождения за выкуп в одну-две тысячи голов скота. Одна-две тысячи лошадей, овец, мулов, рабов или щитов и панцирей носят название «баш-маль» – выкуп. Еще и сейчас они живут, занимаясь нападением на деревни и конаки друг друга и извлекая из этого прибыль. Они такие воры, что украдут сурьму с глаза – и глаз этого не заметит, такие они ловкачи.
Но они умрут ради горчичного зерна гостя. Каждого кунака они кормят, поят, предоставляют ему ночлег, ведут в деревню. Если мы давали им быка, лук, стрелу, носовой платок, иголку, нитку, кусочек шелка, то, что бы ни попадало им в руки, они всем [оставались] довольны. Дети, мужчины и женщины, с открытым лидом и глазами, не надоедая тебе, оказывают услуги. В этой стране девицы ищут у тебя в голове и прислуживают, постилая постель.
Но надо сказать [и об их] предосудительных выходках: религиозного человека они выгоняют из дому или убивают его. Но служанки – «шальфе» – и огланы ничего не говорят тем, кто ударит их. Они радуются любому, кто не смотрит на них косо; со словами: «Этот человек – хаджи» – оказывают ему уважение. Увидев какого-нибудь человека в чалме, говорят [о нем]: «хаджи» и тогда сами хлеб не едят, но на белом блюде приносят выпеченный хлеб, говоря: «Хаджи хочет хлеба». Хлеб в этой стране называют «чаку».
Похвала черкесской пище. Все едят вареную пасте из проса, то есть просяную, чуть сваренную кашу, которую руками скатывают в шарики и едят их совсем горячими, погружая в сазбаль. Этот сазбаль есть своего рода пиши. Вылив его в особого рода ореховую ступку, смешав с горчицей и солью, кладут в миски и, полив ореховым маслом, посыпают красным перцем франков. В этот же сазбаль кладут красное ореховое масло и жирный сыр. Пасте едят, погружая в сазбаль. Головы, рога, копыта, печень, желудки, ножки, почки и почечный жир жирных баранов и ягнят моют в семи чистых водах и того барана целиком готовят в печи-тандыре и подают на обед. Готовят его в печи так, что он становится похожим [по вкусу] на косулю. В горах таким же образом готовят косуль, быков и прочую охотничью добычу.
В горах едят кебаб из гусей, уток, птиц, называемых куропатками, фазанами и черными дроздами.
Восхваление черкесских напитков. Все [население] пьет кумыс из кобыльего молока, талкан, айран, курт-айран, острую бузу, крепкую бузу, бузу на меду – крепкую и разбавленную; воды большинство людей пьет мало.
Все дома покрыты тростником и камышом, огорожены плетнями, имеют по две двери. [Жители] спят, поместив у головы коней, а возле себя – оружие. В зимние дни в домах жгут крупные дубовые дрова. Все мужчины с семьей располагаются возле огня. У них есть дома, жаркие как баня.
На постелях бедняков постлана [сухая] трава. Подушки сделаны из бараньих шкур. Дома, которые принадлежат мирзам, в этой стране украшены чистыми циновками, войлоками и ткаными коврами. А для приезжих дома особые. В домах для приезжих один-два черкеса не спят и охраняют гостей от воров. Странник считается другом. Но есть и плохие обычаи. Столетние люди все бреют бороды. Если появляются бородатые люди, то цирюльник, приходящий раз в неделю, подрезает отросшие бороды. Головы бреют ото лба через середину головы до затылка, а волосы спускают по обеим сторонам над ушами. Некоторые бедняки после еды вытирают жирные руки о волосы. А знатные люди рук не моют, вытирают их о место, где сидят.
Обычаи черкесского народа. Прежде чем приступить к еде, выставляют деревянные столы и зажигают восковую свечу. Каждый, поклонившись восковой свече, произносит один раз: «Дану, дану мамелук!», потом приступают к еде. После еды, также обратившись к свече, убирают стол. Это странное зрелище.
Об именах черкесов. Хафал, Элбуздай, Базрук, Мисос, Джангри, Хабеш.
Об одежде черкесских женщин. Все женщины носят белые шапки из белого фетра. Но волосы выпускают, как и женщины других стран. Руки красят хной, глаза сурьмой не подводят. Женщины знатных лиц носят теплые, узкие, стесняющие [движения] кафтаны из хлопчатой ткани всех цветов.
Одним словом, у черкесского народа множество странных обычаев. Народ всего Черкесстана имеет такие поведение, манеры, занятия, прибыли, еду и напитки, как описано [выше]. Благодаря всевышнему Аллаху, какие бы события или обычаи ни были замечены [нами], они описаны.
Наш господин Мухаммед-Гирей-хан пять дней оставался в пшуко племени шегаке. Когда хан стал сниматься с этого места, Хаджи-Гирей-султан и Селямет-Гирей-султан не отправились в Стамбул , а, придя к хану, сказали: «Мы не разлучимся с нашим ханом, будем с ним товарищами по походу!» – и преклонили головы, и хан прожил у шегаке еще три дня. А как только от него был получен ферман [о выступлении], тотчас я, ничтожный, испросив позволение у хана, отправился со своими товарищами осматривать берега Черного моря. От племени шегаке шел в сторону кыблы семь часов, перевалив горы и лесные горные хребты.
ОПИСАНИЕ ПРЕКРАСНОЙ КРЕПОСТИ АНАПА
[Крепость] была заложена в древние времена, в век великого Искандера, потом ею овладели генуэзцы-франки. Затем в… году, когда Черкес Оздемир-оглу Осман-паша завоевал Черкесстан, он отобрал у франков и эту крепость Анапу. Но поскольку эта крепость стоит в краю мятежных черкесов и абхазов, в некоторых местах она разрушена. Ныне это заброшенная крепость, и она представляет собой большое, красивое, круглое строение из кирпича на крутой скале на берегу Черного моря. Но в настоящее время в крепости никого нет. Только в окрестностях есть сто конаков черкесов шегаке, крытых тростником, за которыми [расположены] Анапские горы. Эта крепость так хороша, как будто ее только что оставили руки мастера-архитектора. Гавань ее вмещает тысячу судов.
Когда-то, когда народ шегаке прибыл на кораблях из Арабистана, Албании и Константинополя, [их корабли] пристали к Анапской гавани. Прежде эта местность была так населена, что на берегах Черного моря после гаваней Инкер-мана и Улюте не было большей гавани, чем Анапская. Так как вход в гавань узкий, то она защищена от восьми сильных ветров. Даже во времена неверных из этого порта вывозили жемчуг. И теперь иногда приходят русские чайки и вывозят его из этого порта.
Если бы эту крепость отремонтировать и починить и посадить в нее войско, то все абхазы, черкесы и ногайцы привозили бы сюда масло, мед и другие товары, а порт стал бы городом, оживленной гаванью. Я, ничтожный, осмотрел ее и снова из владений племени шегаке шел через степи и леса, перешел на лошадях реку Псех. Оттуда через час [вышел на реку Бзичай].
Река Бзичай
Ее мы также перешли на лошадях. Обе эти реки, [протекающие] по земле абхазов, начинаются в горах Хайку. Они текут по земле шегаке на север и впадают в большую реку Кубань. Вода жизни [этой реки подобна] глазам одалиски. Река же Кубань сливается с Черным морем ниже залива Адахун. В трех часах [ходьбы] отсюда снова в сторону кыблы [на земле] черкесов шегаке [протекает] река Купси, стекающая с гор абхазов. Проехав на лошадях реки Кубань и Сератай, через четыре часа [мы увидели крепость Шанкрай].
Крепость Шанкрай
Ее основателями также являются франки-генуэзцы. Эту крепость, которую завоевал и разрушил Оздемир-заде, должно заселить. Она находится на земле шегаке, но в ней разместился ногайский народ.Поблизости от крепости река Шанкри, в двух часах [пути] от этой реки – река Абурган. Эти реки стекают с Абхазских гор и сливаются с рекою Кубанью. Через пять часов [пути мы вступили во владения племени жане].
ПШУКО ЗЕМЛИ ЧЕРКЕССКОГО ПЛЕМЕНИ ЖАНЕ ,
ТО ЕСТЬ СТАВКА БЕЯ НАРОДА ЖАНЕ
Это пятьсот домов, крытых тростником и камышом, [рас-положенных] у подножия гор Хайку. Имя бея – Антонук. Он владетель десяти тысяч богатырей – всадников с колчанами и пеших черкесов-джигитов с ружьями. Они постоянно воюют с садаша-абхазами и убивают их. Его светлость хан тоже был здесь, ему устроили угощение и дали девиц и гулямов. А Селямет-Гирей-султану не дали ничего и задержали в этой стране, так как его мать была из женщин жане. Затем хану дали в сопровождение тысячу воинов с ружьями.
В двух часах [пути], также на восток, – река Адагум, а вблизи нее – река Сетаза. Они вытекают из Абхазской земли и впадают в реку Кубань. Оттуда я шел снова на восток по краю леса четыре часа.
Реестр области Малой Жанетии
Этот край более населен, чем [область] Большая Жанетия. [Здесь живут] смелые и сильные джигиты. [В крае] сорок деревень и три тысячи воинов. В тот день, когда мы пришли на эту стоянку, мы с трудом и напряжением перешли на лошадях четыре реки воды жизни: реку Абин, Хабль, Иль и реку Абурган. Они стекают с абхазских гор Оюз и, протекая по земле Малой Жанетии, сливаются с рекою Кубанью. Но мы перешли эти реки, держась за аркан, а две из них – по наплавным деревянным мостам. Это бурно текущие потоки жизни. Оттуда, также на восток, в пяти часах [пути – область Хатукан].
ОБШИРНАЯ ОБЛАСТЬ ХАТУКАИ
Имя бея – Джан-Гирей или Джанибе-Гирей. [Он родился], когда Джанибе-Гирей-султан гостил здесь. Как только в ту нечистую ночь из чрева матери появился на свет [этот] ребенок, его нарекли именем Джанибе-Гирей-султана, стали называть Джан-Гирей. [И] сейчас черкесы [поступают] так: если у кого-нибудь родится сын и если в доме в ту ночь есть какой-либо гость, то новорожденному дается его имя. Ребенка немедленно забирает и уносит кормилица из деревни, которая кормит его и заботится о нем больше, чем мать и отец. И сейчас мы наблюдали то же. А если в доме нет гостя, то ребенку дают имя соседа. Таковы древние обычаи.
Бей хатукайцев – владелец восьми тысяч хорошо вооруженных воинов, отборных и богатых, то есть владеющих животными. Край этот обширен, и [все в нем] дешево. Народ эмира Навруза – татары жане пришли [сюда], убили московского царевича, находившегося в стране, и, сражаясь с неверными калмыками, перешли реку Волгу и степь Хейхат, поселились на земле этих черкесов хатукай на берегу реки Кубани, взяв девиц у черкесов и породнившись с ними. Всего у них десять тысяч воинов и шесть тысяч кибиток. Они смелые воины, вооруженные, с колчанами и в доспехах. Когда хан поселился у этих хатукайцев, я, ничтожный, снова отправился со своими спутниками на север, шел два часа.
О крепости Навруз-керман
В … году Мухаммед-Гирей-хан приказал [построить ее] в память о Навруз-мирзе. Крепость [расположена] на берегу огромной реки Кубани, среди ровного леса и [имеет] земляную насыпь с деревянными оградами по углам. На четырех углах по башне, а палисад с двумя воротами: большие ворота обращены на запад, маленькие – на восток, на берег реки Кубани. В крепости [находится] одна мечеть и пять кирпичных зданий. В каждой башне есть по одной пушке кючюк-шахи. Пушкарей, арсенала, диздара и воинов нет. Охраняют крепость все татары вместе с семьями, они сражаются с калмыками и разбойниками-черкесами. Народ татар Навруза подобен полку. Когда хан проходил по земле Навруза, он получил в подарок рысаков.
Наблюдая за возлюбленными-ногайками, пять часов шли по лесам.
Река Убин
Эта река стекает с гор Оюз и впадает в реку Кубань. Если перейти ее на лошадях, через час [пути будет крепость Афипс-керман].
Крепость Афипс-керман
Ее основали генуэзцы-франки, в … году завоевал черкес Оздемир-оглу Осман-паша. К этой крепости была пристроена прочная цитадель для усмирения черкесских племен. С течением времени она приобрела запущенный вид. В настоящее время в крепости нет ни диздара, ни защитников. Эта крепость, предназначенная для заселения, [возведена] на земле черкесов хатукай, но живут в ней ногайцы Навруза, так как если здесь поселится черкесский народ, то он будет восставать. Крепость [представляет собою] красивое кирпичное здание, возведенное среди ровной степи. Поблизости от крепости река Афипс. И она также стекает с гор Оюз и впадает в реку Кубань. В двух часах [пути от нее – кабак Субай].
Кйбак Субай
Этот кабак, напоминающий касаба, состоит из пятисот домов и расположен среди леса на лугу, покрытом тюльпанами. Все население его ремесленники, но лавок нет. Все работают дома. Здесь же находятся и все мастера. Бей хатукайцев Джан-Гирей также живет здесь. Это большое пшуко. Здесь хану устроили пир и подарили рабов и рабынь для любви. Одного молодого гуляма подарили и мне, ничтожному. Здесь нашему господину хану дали в сопровождение тысячу черкесов и три тысячи ногайцев Навруза на лошадях чалой масти.
Оттуда в часе ходьбы снова на восток среди лесистых дорог [течет] река Шебш. Она тоже стекает с гор Оюз и сливается с рекою Кубанью. На берегу этой реки [находится кабак Педеси].
Кабак Педеси
Это также благоустроенное селение из трехсот домов в стране хатукай-черкесов, у подножия горы Оюз. Упомянутая гора Оюз [расположена] между [землями] абхазов и черкесов – это высокая гора с пестрыми утесами, и зимой и летом на ней нет недостатка в снеге. С одной стороны она соприкасается с горою Эльбрус; с севера, в пяти переходах отсюда, – степь Хейхат. Эту высокую гору видно со всех сторон с расстояния в пять-шесть переходов.
Находясь здесь в ночь на 25 апреля 1666 г., Эвлия Челеби стал свидетелем зрелища, которого в этих краях не было уже сорок-пятьдесят лет. Над селением разразилась гроза необычайной силы. Местные жители поведали путешественнику легенду о том, что в такие грозовые ночи происходят битвы на земле и на небе между абхазскими и черкесскими оюзами – степными колдунами. На этот раз битва была особенно ожесточенной, и Эвлия Челеби якобы наблюдал ее собственными глазами. Изложены и другие легенды об оюзах.
Окрестности деревни Педеси, находящейся у подножия тех упомянутых гор Оюз, представляют собой [как бы] крепость из четырех рядов земляных валов и срубов из громадных бревен. Таковы же окрестности всех селений и пшуко в черкесской земле. Ибо у черкесских племен села враждебны друг другу. Так что нет недостатка в постоянных междоусобных войнах и распрях. [Тем не менее] они общаются и торгуют между собой. А за горами живут арат-абхазы, садашаабхазы, дженбе-абхазы, камыш-абхазы, совук-абхазы, ашагы-абхазы, юкары-абхазы, карышан-абхазы. В общем же все племена абхазов враждебны по отношению к этим кочевым племенам черкесов. [Так что] у них в конце концов нет ни одного дня, свободного от битв и столкновений – каждый день с разных сторон приходят враги.
И потому у этих племен черкесов нет возможности жить в одном [и том же] селении и пшуко [хотя бы] в течение десяти лет. Если же в селениях, расположенных поблизости, заболеет или умрет какой-нибудь бей, либо другой начальник, либо несколько человек или же если места, где заготовляют топливо, оказываются слишком далеко, они говорят: «Это место – несчастливое», покидают его и устраивают себе нечто вроде нового укрепленного поселения где-нибудь в другой горной или лесистой местности, а на месте прежнего поселения все предают огню. Поэтому в этой стране черкесов нет ни садов и виноградников, ни постоянных поселений и пшуко, подобных абхазским.
А если [кого-нибудь] из этого народа – черкесов – назовешь кяфиром, тотчас убьют без пощады. Они также произносят: «Нет божества, кроме Аллаха!» Тем не менее они съедают жирных свиней до самого хвоста. Они соблюдают пост, но не совершают намаза. Тех, кто не держит свиней, они не размещают в поселениях.
У них вовсе нет ни храмов, ни торговых рядов и базаров, ни постоялых дворов и бань. Все странствующие и путешествующие останавливаются у них на ночлег. И уж если ты остановился гостем в чьем-либо жилище, ты без ограничения пользуешься всем, что тебе нужно, и тебе не причинят никакого вреда. Каким бы врагом [для хозяев] ты ни был – все равно хозяин стойбища вместе с соседями, живущими рядом, будут делать [все только] для твоего благополучия. Тебе не поставят в вину ни одной ошибки. Если ты у твоего хозяина стойбища или владельца дома попросишь курицу, он проявит усердие, возьмет в долг; если только он поймет, что ты в чем-либо [нуждаешься, он непременно] сделает все для тебя. Если же ты собираешься уходить, испытывая стеснение в чем-либо, он одарит тебя, [словно] весь мир в его руках. На всем свете нет таких достойных восхваления и любви [красавиц], как у этого народа, хотя и есть гурии-красавицы и в австрийской земле, и в благословенной Сирии. Здесь имеются чистокровные арабские кони. У них в горах славятся: куницы, похожие на соболей, дикие кошки, дикие куры, куропатки.
Вода и воздух [в этих местах] весьма приятны. Однако садов и виноградников нет. Поскольку это место не принадлежит к шестому поясу, зимы здесь суровы; урожаи различных культур собирают в течение восьмидесяти дней. В горах произрастают лимоны, померанцы, оливки, инжир и другие всевозможные фрукты. Но поскольку эта страна расположена у подножия горы Эльбрус, здесь продолжительные зимы и народ здесь телом крепок.
Когда мы осмотрели все это, его светлости хану дали тысячу отборных, хорошо вооруженных воинов-телохранителей. К хану пришли следовавшие вместе с ним от самого Крыма беи ширин, воины мансур, племена бадрак и все капу-кулу. Они сказали: «О наш падишах! Мы были определены тебе в сопровождение, а теперь хватит. Ведь мы рабы [крымского] хана». И они попросили: «Можно нам возвратиться обратно, уйтн к новому хану, Чобан-Гирею-оглу?» . Хан позволил, и тотчас же ширннский бей сказал: «Хан мой, ты непременно должен выдать нам этого везира Москвы, находящегося у тебя в рабстве, Шеремет-бана . Ты ведь взял его благодаря нашей силе. С намерением получить за него крупный выкуп ты припечатал [его] своей тамгой и уже вон сколько времени держишь его взаперти. Если теперь вот мы придем к новому хану без Шеремета – что же нам скажет новый хан?» Так они настойчиво выпрашивали пленника Шеремета у хана. И хан сказал: «О слуги мои верные, поймите: он взят моим мечом, он – цена моей крови. Мне за него давали тысячу кошельков. Как же вы хотите забрать моего пленника?» Они подняли крик, но так ничего и не добились. В конце концов он проклял их, высказал хулу в адрес племени ширин. [Тогда] они отправились в Крым.
Мы двигались на восток в течение пяти часов, а при хане из его войска осталось всего сто человек. Потом, перевалив через горы, мы прошли могильник, называемый «Тема-ша». Тем временем беи двух кочевых племен затеяли меж собой жестокую битву, и ни один из двоих не спас жизни.
В этой местности повсюду разбросаны скопления таких холмиков. Весь Черкесстан покрыт могильниками.
Затем, перейдя через горы Хыр-Кархох, между землями черкесов и абхазов, мы обозрели великое множество мест, после чего на конях переправились через реки Супе, Еди-Кютук, Малый Псекупс. Те реки стекают с гор Оюз и впадают в реку Кубань. Ханские воины, а также пришедшее на подмогу войско черкесов, не переходя поймы реки Псекупс, на берегу этой реки устроили завалы из кустарника, укрепились и в ту ночь, претерпевая муки и страдания, ночевали там, а наутро жарили шашлык. Эту реку ногайский народ называет «Кызлар-кеткен». Ибо однажды, во время татарской свадьбы, невесты на телегах ехали здесь и утонули. Потому-то ногаи называют эту реку «Кызлар-кеткен». По правде говоря, это – проклятая река. Однако же она – источник жизни.
Наутро мы [все же] отважились переправиться через эту реку и вышли на противоположный берег.
БЛАГОУСТРОЕННЫЕ ЗЕМЛИ ПЛЕМЕНИ АДАМИ
Сперва мы достигли пределов [владений] адами. Затем в течение восьми часов шли лесом. Наконец остановились на ночь в качестве гостей [в селении] на краю какого-то неболь-шого ущелья. Утром в течение трех часов шли в сторону кыблы.
Описание пшуко адами
Это селение находится у подножия Абхазских гор на берегу реки Кызлар-алган и насчитывает пятьсот домов. Здесь живет бей племени адами, имя его Дигузи-бей. Все три бея владеют отборными воинами. Однако это народ не слишком воинственный, могучий и прославленный. Зато имущества – то есть скота – у них весьма много. И все они – знатные и родовитые – являются племенем арабов курейшитов из потомственных черкесов. Абхазы и черкесы, не встречая никакого сопротивления, делают этот народ своими подданными. Да и татары, если подвернется случай, [запасаются у них] конями.
У них все [домашние] животные имеют на шеях колокольчики из железа и бронзы. В этих пшуко все население – народ ремесленный. И до сих пор Азамат-Гирей-султан и …-султан – сыновья нынешнего хана Чобан-Гирея – пребывают у них в заложниках. Они наслаждаются [жизнью] в мире сем, отставив [от трона] нашего хана. И вот весь этот народ адами собирается к одному [священному] дереву [для торговли и совершения обрядов].
Следует описание гигантского священного дерева черкесов адами. Дерево это, по словам Эвлии Челеби, находится далеко к югу от ставки адами. У него своеобразные листья, немного похожие на листья тополя. Листья имеют желтый цвет и сильный аромат, напоминающий запах мускуса, амбры и шафрана. Они вращаются вокруг своей оси. Эти листья развозят в качестве подарков по разным странам. Они могут сохраняться хоть сто лет, не теряя своего цвета и аромата. Дерево это такое толстое, что только двадцать два человека, взявшись за руки, с трудом могут обхватить его ствол. Каждую из 170 толстых его ветвей могут обхватить лишь десять человек, еще 170 ветвей обхватят пять-шесть человек каждую, а общее число его ветвей один Аллах ведает. Каждая из 170 толстых ветвей достигает в длину роста сорока-пятидесяти человек. Под сенью этого дерева может свободно разместиться стадо баранов в тысячу голов.
В июле месяце каждого года под этим деревом собираются по 500 – 600 тысяч человек разных народов, которые сорок дней и сорок ночей торгуют здесь с черкесами племени адами.
Поклоняющиеся этому дереву каждую ночь возжигают вокруг него сотни тысяч восковых свечей. Когда же приходит время уезжать, каждый поклоняющийся дереву обязательно прибивает к нему какой-нибудь металлический предмет – сломанное оружие, гвоздь, подкову и т. п. За тысячи лет ствол дерева оделся в своеобразный железный панцирь. Желающие вбить в него хотя бы железную иглу вынуждены теперь в поисках свободного места взбираться на спины верблюдов или карабкаться на дерево с помощью арканов и деревянных лестниц. Считается, что человек, подаривший этому дереву какой-нибудь железный предмет, может рассчитывать на его помощь в земной и загробной жизни. Согласно древнему преданию, отросток этого дерева был взят из райского сада и подарен Аллахом Искандеру Зулькарнейну после того, как последний воздвиг Стену яджудж и маджудж. Искандер только рыхлил землю для посадки дерева, а посадил его Хызр.
Признаком того, что дерево это существовало уже несколько сотен тысяч лет, был тот факт, что сердцевина ствола его высохла и внутри образовалась громадная полость. Со стороны кыблы в стволе устроена дверь – один кулач в ширину и два кулача в высоту. Ногайские татары и мусульмане Дагестана устроили внутри того дерева михраб. Одновременно там могут молиться сто – сто пятьдесят человек.
О том, почему это черкесское племя называют адами, рассказывается следующее. В скалах, расположенных по направлению к кыбле от описанного гигантского дерева, находится ряд громадных пещер. Из этих пещер вытекает река, называемая Кызлар-кеткен или Кызлар-алган. Внутри первой пещеры находится бронзовая статуя человека. Высота статуи превышает рост обычного человека. В правой руке бронзового человека – тяжелая бронзовая палица. Человек все время размахивает ею. Желающие пройти в пещеру должны идти до входа в нее берегом реки Кызлар-алган. Если пройти мимо бронзового человека, то за спиной его внутри пещеры видна дверь. Вошедший в эту дверь попадает в другую пещеру, которая наполнена несметными сокровищами. Если человек не притронется к этим сокровищам, то он может спокойно выходить из пещеры. Тот же, кто возьмет хотя бы самую малость, будет неминуемо превращен в месиво палицей бронзового человека.
Эвлия Челеби с девятью спутниками побывал в этой пещере и невредимым вернулся обратно. Живущее в этом районе черкесское племя называют адами по названию того бронзового человека (адам по-турецки означает «человек»). По преданию, сокровищницу в пещере устроил Искандер Зулькарнейн, который пришел в эти места после того, как воздвиг Стену яджудж и маджудж.
А на правом и левом берегах речки Кызлар-алган, протекающей перед входом в ту описанную выше пещеру, имеется столько просторных гробниц и могил [приверженцев] религий хинди, магриби, узбеки, руми, что нет им конца.
В этом Черкесстане имеется также несколько тысяч мест заповедных, изумительных и редкостных, подобных вышеопи-санному, так что им и счету нет.
А между тем мы побывали также у людей, подобных этому племени черкесов. Они не знают ремесла, не ведают о том, что представляют собой руды в горах. Эти люди – огузы, скопище горцев-грабителей.
Здесь предоставили в подмогу хану тысячу воинов адами с ружьями, после чего хан отправился на восток. Я же, ничтожный, пошел на юг и в течение пяти часов двигался горами.
ОПИСАНИЕ ОБЛАСТИ ТАКАКУ – СЫНА АРАБА-КУРЕЙШИТА СЕРАКИСА
А сей народ – из потомков араба Серакиса, бежавшего из Мекки. Во все времена это народ не воинственный. Всего же здесь 8 тысяч человек. У большинства из них нет ни оружия, ни снаряжения. Однако у себя в горах они сохраняют оружие для охоты и ловли зверей. Так как ни абхазы, ни черкесы, ни ногай-татары не причиняют им вреда, и они тоже никому вреда не причиняют. Весь скот этого народа день и ночь пасется в горах без пастухов, [причем] волки не поедают их овец и ягнят. Разбойники тоже не протягивают руку к их скоту. У каждого животного на шее колокольчик.
Они носят точно такую же одежду, как и черкесы. Этот народ на голову надевает черные ермолки, а волосы [выпускает из-под них] по обеим сторонам головы. Однако бороды у них не сбриты, как у остальных черкесов; все они с бородами. Они молятся богу, однако не ведают ни воскресенья и возрождения, ни меры и весов.
У этого народа такаку вовсе нет ни свиней, ни кур. Они говорят, что свиньи и куры – пища запретная, и совершенно не едят ни кур, ни свиней. Не дозволенных [религиозным за-коном] вещей они на себя не надевают, вина и бузы не пьют. Они пьют только разбавленную бузу и медовую воду.
Из-за того что по религии это племя такаку отличается от остальных черкесов, народ черкесский называет его народом чуфуд . И потому сей черкесский народ не прикасается к их имуществу и продуктам питания, не нападает на их деревни и не берет пленных. [У народа чуфуд] столь много потомства и скота, что их имуществом заняты все горы и скалы, оно достигает даже южных склонов гор, а там уже лежит земля народа садаша из числа абхазов.
Все они здесь суть народы ремесленные. Их искусные портные шьют изящные, облегающие фигуру халаты с ворот-никами плотным швом через край. У них есть и кузнецы. Имя их князя … Он вручил мне, ничтожному, 50 пар куньих шкурок и еще 50 пар шкурок дикой кошки.
После этого мы собрались и в течение дня двигались на север лесистой местностью.
ВОСХВАЛЕНИЕ ПРЕВЕЛИКОЙ ОБЛАСТИ ПЛЕМЕНИ БОЛОТКАЯ – СЫНА АРАБА-КУРЕЙШИТА СЕРАКИСА
Этот народ также является потомками араба Серакиса, бежавшего из Мекки и Медины. Войдя в их земли, [мы двигались] в течение пяти часов на север, преодолевая горы и холода проклятых ветров и дорог, [и вышли] к реке Марте, затем к реке Пчас. Обе эти реки стекают с абхазских гор Хабеш и текут в реку Кубань.
Двигаясь верхом на конях, мы на одной из разоренных стоянок встретились с ханом, и я в качестве подарка вручил хану отданные мне беем такаку шкурки куниц и кошек. В ту ночь на этом разоренном стойбище выпал обильный снег, и некоторое количество людей и лошадей погибло от метели и вьюги.
После этого, поднявшись на заре, мы еще семь часов шли в направлении севера, [после чего пришли] к реке Пшиш, затем, после одного верхового перехода, к реке Шагваше. Обе эти реки текут очень бурно. Выйдя из [страны] абхазов, они впадают в Кубань. На берегу одной из этих рек имеется стойбище Базрук-бея – до ста жилищ из плетня, крытых тростником. В этом стойбище мы не остановились, а с сотней тысяч тягот и мучений переправились через реку Шагваше и сделали еще до тысячи шагов.
Описание пшуко Болоткай
На берегу реки Шагваше стоит укрепление-азбаре, в котором 300 домов. Это – пшуко, то есть резиденция бея. Властителей этого края называют сыновьями Нулабука. Их – семеро братьев. Самый старший из них – Сахадук, следующий, моложе [первого], – Элбуздай, следующий – Эль-Мирза, следующий – Базрук, следующий – Бакук. В этой земле черкесов обычай таков: когда родится сын, ему дают имя гостя, причем гостем может быть как мусульманин, так и кяфир.
Эти семеро братьев распоряжаются сотней благоустроенных стоянок и тысячей хорошо вооруженных отборных воинов. Из всего черкесского народа эти – самые отважные и сильные. А врагов у них весьма много. И всех они одолевают, потому что область их является труднодоступной. Пока что мы здесь были гостями только в доме Эль-Мирзы, где всех нас обильно угощали.
И вот на следующий день весь этот народ болоткай, как следует вооружившись, большим скопищем пришел к хану. Треща как сороки и крича, они выхватили у хана из рук Джанибе-Гирей-султана, третьего сына Мухаммед-Гирея, и, как бы обращаясь к нему с просьбой, [сказали]: «Мы его вырастили. Пусть он остается у нас, будет нашим господином.
А придет время – он станет ханом и будет нами править».
И с этими словами забрали юношу-царевича и увезли в горы. Что поделаешь? Хан, удалясь от короны и престола, счастья и покоя, от своего народа и близких, предался печали. Последний сын покинул хана, и хан плакал беспрерывно. Однако народ черкесский [вскоре] отпустил царевича на свободу. По этому случаю было устроено торжество на весь мир. Ради праздника палили залпами из ружей. [И пели] тюркю:
Варада варада ваш варада Тна тебе атхари ваш варада
Распевая песни, они с почетом и уважением вывели на дорогу султана и принесли ему в жертву 120 баранов.
«Ибо» – говорили они, – у народа адами находятся сыновья Чобан-Гирея, у нас же пусть будет сын Мухаммед-Гирей-хана!» – такое требование предъявили они султану. «Когда он [от нас] уйдет, это, может быть, станет залогом дружбы, – он станет ханом, и нам от этого будет польза» – уверенные в этом, они забрали царевича. Тут же Селим-Гирей-султан, получив дозволение хана, отправился обратно в [Османское] государство, отбыл к благоденствующему падишаху. Они силой выхватили у хана из рук всех беев ширин, а также захваченных в лагере Шеремета московских везиров и капитанов и переправили их в Крым. Тогда опечаленный хан воздел руки к небу и взмолился: «О Аллах, милостивый ты наш владыка, прошу тебя, пусть они в ближайшее время встретят хана, подобного мне!» – и сотворил молитву. Я, ничтожный, опять старался утешить хана. Однако на этот раз хан остался [всего] с сотней людей.
Что касается этих черкесов, у них вовсе нет денег – ни пулов, ни акче. Все необходимое они добывают путем обмена. Имеется своеобразный счет, называемый среди них «бёльме». Какую-либо вещь стоимостью в 40 акче они называют «бельме» – доля (мера), а вещь стоимостью в куруш – 3 бёльме. Этим счетом они и пользуются. Про одного коня, одну корову и прочий скот они говорят: 1 голова, 2 головы. А пленника – юношу или девушку – они по своему счету оценивают в 100 голов, в 100 – 200 бёльме и совершают удивительный торг, не употребляя при купле-продаже ни единого алтуна, куруша или акче. Эта местность – весьма богатая, отличающаяся дешевизной.
В течение трех дней мы предавались тут многим наслаждениям и удовольствиям. Они вручили хану богатые дары, устраивали пиршества. А пища у них – пасте, то есть просяная каша и овощи в мясном соусе. Овец и ягнят они жарят с головой и ножками. В качестве напитков они употребляют медовую воду, разведенную бузу, называемую «максеме», и еще крепкую, «перегонную» бузу – «гёндерме». Едят они также конину. Многие из них, называя себя мусульманами, совершают намаз, при этом, однако, едят жирных свиней. Вот таковы, в общем, обычаи всего черкесского народа.
А красавицы этого народа славятся по всему миру. Их красивые девушки садятся к вам на колени, знакомятся, оказывают уважение. И такие действия не считаются у них постыдными.
Этот народ, бежав из страны Московской, переправился через реку Волгу, но на этом ее берегу, в степи Хейхат, не вынес притеснений ногай-татар и переправился на этот берег реки Кубани, к черкесам. Ныне он мирно обитает среди гор, в окрестностях Адами и Болоткай. Этот народ – ногаи, чис-ленностью в 8 тысяч, отважный, могучий и справедливый [народ], мусульмане-единобожцы толка Шафи . Они также подошли к хану, преподнесли ему в дар коней-рысаков и отборных пленников.
После этого сыновья Болоткая передали хану в качестве подкрепления тысячу хорошо вооруженных [воинов] с ружьями. Вместе с их беями мы сели на коней и направились в сторону кыблы. В течение двух часов мы двигались горами, пили воду из нескольких источников жизни, прошли несколько ущелий, названия которых [мне] неведомы.
ОПИСАНИЕ ЗЕМЛИ БУЗУДУКА, СЫНА ДЯДИ СЕРАКИСА – МАМЕЛЮКЕ
Сей народ также происходит от потомков курейшита Серакиса. Они – сыновья брата Серакиса Джебль аль-Хеме, ушедшего в Албанию. Первыми вступившими в эту черкесскую землю являются названные народ бузудук и народ мамелюк. И эта страна Бузудук имеет много общего с абхазами. [Вследствие] постоянной торговли характер и обычаи у них такие же, как у абхазов. Между ними и абхазами находятся лишь невысокие горы. На расстоянии двухчасового [перехода] в той же стране имеется стоянка Педес из сотни жилищ. Отсюда мы три часа двигались в сторону кыблы.
Стоянка пшуко бузудуков
Здесь обитает бей бузудуков Азамат-Гирей. Он распоряжается в целом тремя тысячами воинов. Они живут в труднодоступных Абхазских горах, где во множестве водятся тигры, рыси, дикие кошки, куницы, лисы, пятнистые лани величиной со слона, косули, олени-ягмурджа и таблалы.
И этот народ, в полную противоположность черкесам, не зарывает своих покойников, не засыпает их землей. Они выдалбливают внутренность толстого дубового бревна наподобие колоды и в нее помещают покойника. Накрепко закрывают колоду, а снизу и сверху проделывают отверстия. Затем она подвешивается к ветвям развесистого дерева и оставляется там. Через отверстия внутрь проникают затем медоносные пчелы, откладывают мед. Таким образом они узнают: умерший – в раю. Если же пчелы не откладывают меда, они плачут, восклицая: «О, наш умерший – в аду!» В сильнейшем огорчении они, ради духа умершего, режут пять-десять свиней и раздают их гостям.
Далее Эвлия Челеби подробно рассказывает о том, как его угощали однажды медом из такой колоды.
Позже все черкесы в этом пшуко, припав к ногам хана, обратились к нему с покорной просьбой, чтобы он оставил этому племени Хаджи-Гирей-султана . Между тем Хаджи-Гирей – вовсе не хаджи. Его называют Хаджи-Гирей потому, что он появился на свет в день праздника хаджей. Он является сыном Крым-Гирей-султана. И он – человек почитаемый. Он с плачем остался в этих краях.
Они же задали в честь хана роскошный пир и вручили ему вместе с подарками тысячу [человек] отборного вспомогательного войска с ружьями, [и мы] отправились в сторону востока и [шли] два часа.
________________________________________
Стоянка Яркуй
Это также селение кочевого племени болоткай, здесь 300 домов из тростника. Это селение находится на берегу реки Лабы. Река Лаба – небольшая речка, стекающая с гор Бузудук. До впадения в реку Кубань она сливается с рекой Шагваше, и они вместе, слившись воедино, текут в реку Кубань. После этого мы еще в течение … часов [шли] на восток.
ПОВЕСТВОВАНИЕ О ЗЕМЛЕ МАМШУХА – СЫНА КУРЕЙШИТА СЕРАКИСА
Это племя [также происходит] от потомков Серакиса, прибывшего из Мекки и Медины. Они обитают у подножия Абхазских гор, среди неприступных скал и дремучих лесов. Это народ ремесленный, невоинственный. Их по крайней мере десять тысяч, и нет у них вождей и правителей. Только в каждом стойбище имеется по одному-два человека управителей, достойных и отличаемых, [называемых] «такаку», то есть священниками. Не будучи людьми Писания , они не придерживаются известных религиозных предписаний.
Они не ведут торговли ни с одним народом, а также не смешиваются ни с каким иным племенем, не берут оттуда девушек и [сами] не дают. С людьми из другого народа они не делят трапезу. Другие народы тоже совсем не общаются с ними. А их скот имеет на шеях бубенчики и ботала, поэтому пасется в горах без пастухов. Они также не едят ни кур, ни свиней. Не едят они и те продукты и съестные припасы, которые берут у кого-нибудь.
А гостю они оказывают исключительное внимание и ничего у него не крадут. Крови не проливают и не ходят на войну.
Меду и сыру они не едят. Когда у них есть для еды бобы, горох, просяная каша, они не едят мяса зарезанных ножом животных. Только в тех случаях, когда нет иной пищи, они режут и едят жирную скотину.
У них много овец, ягнят и коров, а свиней нет. Пьют эти люди медовуху, а бузы не пьют.
Когда у них родится девочка или мальчик, все они, собравшись вместе из разных мест, плачут день и ночь. А когда один из них умрет, они также собираются все вместе, располагаются вокруг умершего, едят и пьют, смеются и играют, поют песни: «Варада, варада, варада». Здесь выступают и сказители удивительных повестей. Они опоясываются оружием, берут в руки десять-пятнадцать тонких четырехугольных дощечек, притом берут их так, что они соединяются вместе.
Прославляя величавую внешность, твердость характера, мужество покойного, его деяния и свершения, они в начале каждой фразы заставляют дощечки издавать грохочущие и щелкающие звуки, так что в начале каждой фразы они этими тонкими дощечками делают «чикыр, чикыр». Совершив разные обряды, сказители собирают народ к изголовью умершего. Это – удивительное и редкостное зрелище. После этого они помещают умерших в [специальной] раке на ветвях большого дерева в горах.
Потому что, если зарыть в землю, в ту же ночь труп откопают и съедят медведи-отшельники величиной со слона, подобные медведям Германии. Потому-то и помещают трупы умерших на ветвях деревьев. Однако трупы бедняков зарывают в землю, наваливают груды земли, сверху кладут крупные деревья, камни и [срубленные] кусты. Затем в течение нескольких дней с ружьями стерегут мертвого, спасая от медведей и волков.
Они оказывали хану безграничное уважение, однако со-провождающего войска не прислали, ибо не являются воинами.
Выехав отсюда, мы в течение четырех часов двигались на восток и [прибыли] к реке Псенафа; ногайцы называют эту реку Карасу. После этого [прибыли] к реке Гиага, вода которой – источник жизни. Обе они возникают в Абхазских горах, заканчиваются в реке Кубани. В двух часах [пути] на берегу реки Гиага – стоянка Мамшух наподобие крепости: вокруг нее – благоустроенное, неприступное селение-азбаре. Отсюда в трех часах пути – река Уль, далее, еще в двух часах, – река Серали, затем река Уарп. Эти три реки начинаются в горах Чакал в земле абхазов, текут на восток и впадают в большую реку Кубань.
В этих местах кончается страна Мамшуха. Затем мы, по-ложившись на судьбу, пошли на восток и в течение шести часов двигались сквозь заросли деревьев.
Повествование о городе Беснея – сына араба Серакиса
Во времена Хулагу-хана , когда араб Серакис прибыл в эту страну из старого Мосула и собрался умирать, он назначил своего старшего сына, Беснея, правителем над здешним народом.
Отсюда мы снова пошли на восток [и прибыли] к стоянке Хатыркай. В древности это было пшуко народа бесней .
Выйдя отсюда, [мы прибыли] к реке Лаба. Она проходит сквозь крутые горы и вместе с рекой Большой Лабой вливается в реку Кубань.
Затем еще четыре часа мы шли на восток.
Великое пшуко Беснейбай
Их бей обитает здесь. Имя его … Он распоряжается в общей сложности пятью тысячами отважных, отборных воинов, конных и пеших. И народ этот – весьма сильный, смелый, мужественный. Это пшуко построено, подобно Бахчисараю, в просторном ущелье, по обеим сторонам которого – каменные скалы. Оно достойно того, чтобы называться городом.
Сейнарод бесней [прежде] расселялся до самых земель Чин, Фаг-фур и Москва. Затем, [спасаясь] от притеснений вновь пришедших калмыков, они обосновались в этом скалистом, не-приступном ущелье. И во все времена у этого народа войны и распри [только] с народом калмык. Хану они отправили богатые подарки, прислали прекрасных и миловидных девушек и [невольников]-огланов. Ибо они с ханом – родственники по линии семейства и потомков.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10

Все опции закрыты.

Комментарии закрыты.

Локализовано: Русскоязычные темы для ВордПресс