Шелковый путь

Харсиев Борис Магомет-Гиреевич, кандидат философских наук,
зав. отделом этнологии Ингушского научно-исследовательского
института гуманитарных наук имени Чаха Ахриева.
Республика Ингушетия, 386302 г. Малгобек, ул. Киевская № 95.
E-mail: Harsievfilial@mail.ru.
тел. моб:8 928 796 8348
Долгиева Марем Белановна, кандидат исторических наук,
профессор кафедры Истории России
Ингушского государственного университета, в.н.с. отдела ингушской истории Ингушского научно-исследовательского
института гуманитарных наук имени Чаха Ахриева
Республика Ингушетия, г. Магас, ул. Д.Мальсагова, д.26,кв.21,
E-mail: dmariam1966@mail.ru
тел: 8 928 795 03 03

Горная Ингушетия – форпост средневековой стратегической магистрали

В современной историографии нет фундаментальной работы, посвященной влиянию исторических маршрутов средневековья на культурное развитие народов Северного Кавказа, в том числе Ингушетии. Одним из важных исторических магистралей был Великий Шелковый путь – караванная дорога протяженностью более 7 тысяч км. [https://ru.wikipedia.org/wiki/], маршруты которой менялись со временем и новые пути прокладывались там, где было безопасно для караванов.
Из источников известно, что Шелковый путь проходил и через территорию Северного Кавказа, в том числе Ингушетию.
Упоминание о Великом Шелковом пути, проходившем через Северный Кавказ можно найти в различной литературе, но эти сведения имеют фрагментарный характер и больше касаются торговли с территориями средневековых государств, а также содержания товаров, или состава купеческих общин.
В XIII веке после распада империи Чингизхана оформляется как один из маршрутов – маршрут по Кавказу. Основными пунктами, через который проходил Великий Шелковый путь на Кавказе, были Дербент (Железные врата) и Магас.
Об этом пишет в своей книге «Практика торговли» флорентиец Франческо Пеголотти.
Само понятие «Шёлковый путь» появилось в XIX веке для обозначения грандиозной по масштабам средневековья торгового пути, а точнее, целой сети маршрутов, которые к рубежу старой и новой эры связали Китай с Ближним Востоком и с «Западом», странами Восточного Средиземноморья (Римом, позже Византией, Египтом, Сирией).
Шёлк хотя и представлял особенную ценность в раннем средневековье, выступая мерилом стоимости, не был единственным объектом международной торговли на трассах «Шёлкового пути» и само это понятие отчасти условно.
Торговые маршруты не ограничивались только шелковыми караванами, по шелковому пути везли множество других товаров, причём не только с Дальнего Востока, но и с Запада на Дальний Восток: средиземноморское стекло и «золотоподобная латунь», драгоценные камни и кораллы, экзотические африканские птицы и животные, среднеазиатские кони и плоды, фарфор и чай», о которых пишут китайские хроникёры эпохи Тан (VII-X вв.). Необходимо отметить, что изначально торговые контакты были двухсторонними.
В растиражированных источниках говорится о том, что маршруты Шелкового пути «…проходили из Китая через Среднюю Азию с ее древнейшими очагами цивилизации – Согдом, Хорезмом, Бактрией и далее – через Персию в Римскую империю и Индию. А везли по ним – шелк. Им расплачивались за покупку рабов и наложниц, за строительство дворцов, храмов и крепостей, за наем войска, подкупали союзников и откупались от противника. Высокие качества шёлка, давало ему преимущества перед другими материальными ценностями. Именно на торговле этим товаром нажили свое богатство Византия и Персия» [http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/209]. Подобными тезисами насыщены и другие сообщения на эту тему.
Таким образом, суть статей и сообщений об этом маршруте сводится к заключению, что Великий шелковый путь – древнейшая, исторически сложившаяся, торговая дорога человечества из Китая в Закавказье, Малую Азию и Европу. Один из вариантов Шелкового пути проходил через Северный Кавказ, в том числе Ингушетию. Именно этим и объясняется обилие здесь шелковых тканей и других предметов в различных захоронениях.
На территории Северного Кавказа (в Карачаево-Черкесии, Ингушетии, Северной Осетии и т.д.) сохранились метки – храмы и крепости, стоявшие на великом караванном пути.
Как известно, крупные укрепления, крепости замки, а также первые города с глубокой древности вырастали на торговых и военных магистралях, географическое преимущество которых обеспечивало относительную или полную обороноспособность от внешних врагов. Крепости, выполняя функции торговых центров, здесь развивались ремесла и торговые связи, происходил обмен товаров и технологий, исторический складывалась передовая индустрия.
Вопрос о причинах возникновения древних и средневековых крепостей и городов представляет большой интерес. В XIX и XX вв. ученые, пытаясь дать ответ на него, выдвигали различные теории.
В основном исследователей занимал вопрос о том, из какой формы поселения произошел средневековый город и как учреждения этой предшествующей формы трансформировались в учреждения городского типа.
Например, «романистическая» теория (Савиньи, Тьерри, Гизо, Ренуар), которая строилась преимущественно на материале романизованных областей Европы, считала, что средневековые города и их учреждения являются прямым продолжением больших поселений поздней Римской империи.
Вообще в западноевропейской историографии большое значение придается археологическим данным, топографии и планам средневековых поселений-городов (Гансгоф, Планиц, Эннен, Веркотерен и др.). Но эти данные без рассмотрения социально-экономических условий, породивших город, не дают ответа на вопрос о причинах и характере его возникновения.
Ближе всех остальным в нашем случае представители «бурговой» теории (Кейтген, Мэтланд) которые считали, что крепость («бург») и бурговое право были тем зерном, из которого создался город. И «рыночная» теория (Зом, Шредер, Шульте) которые выводила городское право из «рыночного права», действовавшего в местах, где велась торговля.
Необходимо отметить, что для большей части этих теорий характерен формально-юридический подход к проблеме. Наибольшее внимание уделяется происхождению и развитию специфических городских учреждений, городского права, а не социально-экономическим условиям, приведшим к возникновению средневековых городов.
Западноевропейская наука, хотя и накопила большой фактический материал по истории городов, в силу своей идеалистической методологии оказалась не в состоянии выработать научное понимание крепости – города той эпохи как результата развития общественно-экономических отношений основанных на географическом преимуществе.
Возвращаясь к вопросу о маршрутах Великого Шелкового пути необходимо отметить, что на протяжении тысячелетий именно Кавказ был «узкими воротами» из Азии в Европу, относительно близко он расположен и к Африке. На западном побережье Каспийского моря, где Кавказские горы оставляют лишь узкую полосу низменности, с древности проходил единственный удобный путь из степей Юго-Восточной Европы на Ближний Восток. Мигрирующие из Азии племена древних кочевников двигались по этому пути, вслед за торговыми караванами. А самый короткий путь с Северного Кавказа в Закавказье, проходил через Дарьяльское ущелье.
Приведем некоторые сведения из тома «Истории Ингушетии»: «Дарьяльское ущелье – наиболее удобный проход в Закавказье и далее в Переднюю Азию, по нему проходила основная ветвь Великого Шелкового пути. Сеть дорог этого пути на территории современной Ингушетии представляется следующим образом: ответвление пути от основной ветви проходило через Джейрахское (Арамхинское) ущелье и далее через Чулхойское в Ассинское ущелья и оттуда уже – на равнину. Еще одна боковая ветвь Великого Шелкового пути, идущая от Дербента на запад, проходила через территорию …. Ингушских древних – городищ. Ветви шелкового пути проходили также по долине реки Сунжи с востока на запад, по долине Камбилеевки с юга на северо-запад (от Дарьяла к Эльхотовским воротам) и далее – через Ачалукский проход с юга на север. Система древних ингушских городищ расположена на стыке гор и равнины между выходами на плоскость из Дарьяльского и Ассинского ущелий» [История Ингушетии 2013. С. 119]. Предания гласят, что на этом пути, в узких ущельях, стояли двенадцать крепостных ворот.
Изучая источники по истории Кавказа, археологические материалы и архитектуру древних поселений, мы пришли к выводу, что транскавказские дороги исполняли роль не только торговых соединений между центрами цивилизаций, но и являлись главной артерией перемещения войск.
Зачастую военные дружины, как и купцы, покупали у горцев право на беспрепятственный проход через Дарьяльское ущелье, что приносило немалые доходы.
В период средневековья географически выгодное положение Ингушетии способствовало культурному развитию горного края. «Контролируя главный кавказский проход – Дарьяльское ущелье – и держа под постоянной опасностью вооруженного вторжения закавказские страны, в первую очередь Картли, нахский (древнеингушский) союз племен представлял грозную силу для того времени». Видимо, именно этим следует объяснять политическое влияние предков ингушей (дзурдзуков) на Картли, имевшее место на заре ее государственности (III в. до н.э.)» [История Ингушетии, 2013. С. 119].
Караванные тропы лежали через пустыни и тяжёлые горные переходы, они нуждались в отдыхе и охране, под стенами замков и крепостей и готовы были платить за свою безопасность. Поступление денег в виде налога за проход через территорию, а также прибыль с торговли создавали условия для строительства новых и перестройки старых укреплений на торговых путях, в том числе в Ассиновском и Дарьяльском ущельях. В пределах видимости первой крепости строили другую крепость, в соответствии с тактикой оборонительной системы.
Найденные в ходе археологических работ на территории Ингушетии монеты свидетельствуют, что при расчетах купцы пользовались золотыми византийскими и серебряными сасанидскими и арабскими монетами [http://archaeology.kiev.ua/pub/mamleyeva.htm].
В узких ущельях Горной Ингушетии, глубоко эшелонизированная оборонительная система в виде крепостей и замковых сооружений, нависших над дорогами, стали частью торгово-экономической системы и соединила Кавказ со странами Ближнего и Дальнего Востока. Товары со всего мира пошли по хорошо охраняемому пути. Продукция местных ремесленников и полезные ископаемые обменивались и покупались чужеземными купцами.
Среди предметов, вывозимых с территории Ингушетии, были изделия из металла, это были бронзовые топоры, кинжалы, ножи, разнообразные фигурки животных из бронзы с железной инкрустацией, восьмилопастные височные кольца и т.д.
«Обработка металла у ингушей имеет очень давние традиции. Богатая металлом, сырьевая база Центрального Кавказа была известна еще со II тыс. до н.э. Это такие металлы, как медь (цIаст), олово (гIале), бронза (геза), свинец (даш), железо (Iаьшк), золото (дошув), серебро (дотув)» [История Ингушетии 2012. С. 64].
«Местные мастера владели такими техническими приемами обработки металлов, как литье, ковка, чеканка, тиснение, инкрустация, золочение» [Анчабадзе 2001. С. 26.].
Включенность Центрального Кавказа в международную систему торговли и обмена способствовала расцвету культуры и образования, росту технологии средневековой индустрии Центрального Кавказа. Совершенствовалась военно-фортификационная система, как стратегическое направление. Очевидно, что математическая школа в этих местах была очень развита, геометрия боевых сооружений башен безупречна. «По сведениям Вахушти, ингуши «умеют строить из камня на извести и из них воздвигают дома, башни и укрепления» [Ингуши, 2013. С. 176].
По некоторым сведениям Великий Шелковый путь через Северный Кавказ функционировал, до падения под натиском турков – османов в 1453 г. Константинополя. Результаты инженерного мастерства средневековой Ингушетии можно увидеть и в наше время. «Здесь, на сравнительно небольшой территории, очень густо сосредоточены…Уникальные памятники старины, особенно каменного зодчества, часто не имеющие аналогов как по значимости, так по количественному и качественному разнообразию во всем мире. Прежде всего, это весьма обильные, разнотипные и разновременные (начиная с эпохи бронзы и до первой половины XIX в.) крупные каменные фортификационные строения… мощные замковые комплексы, труднодоступные скальные убежища, приземистые сакли и придорожные «гостиницы», протяженные заградительные и оборонительные стены… благоустроенные торгово-транспортные, военные магистрали (в том числе, прилегающие здесь вымощенные участки Великого Шелкового пути – «Дороги ингушей»)» [Ингуши, 2013. С. 176].
Известный кавказовед, археолог Евгений Игнатьевич Крупнов пишет: «Ингушские боевые башни являются в подлинном смысле вершиной архитектурного и строительного мастерства древнего населения края. Они поражают простотой форм, монументальностью и строгим изяществом… Можно сказать, что ингушские башни для своего времени были подлинным чудом человеческого гения, как для нашего столетия новые шаги человека в небо» [Крупнов 2008 С. 88].
По нашему мнению включенность территорий в систему международного оборота товаров и постоянное участие ингушского населения в военных походах, приносило существенную прибыль в виде трофей, (это тема нуждается в отдельном исследовании) и способствовало экономическому подъему населения и расцвету материальной культуры Центрального Кавказа. В этих условиях появляются уникальные по своей точности башенные и замковые постройки. Наверное, никого не надо убеждать, что для такого строительства необходимы точные математические знания, технологии, инструменты и приборы.
На различных этапах исторического развития торговые караваны, в том числе из Индии и Китая, средневекового Ширвана и т.д., оставили след, в виде археологических находок [Вест. археол. Цент. Назрань. 2012], на территории Ингушетии.
Транскавказская магистраль никогда не теряла своего экономического и военно-стратегического значения.
Стратегически важное Дарьяльское ущелье оставалось под контролем ингушей вплоть до второй половины XVIII в., когда Северный Кавказ вошел в зону влияния Российской империи.
До нашего времени сохранилась страсть ингушей к каменному строительству жилья и заборов. Правда, камень заменен на более современный материал – кирпич.
Таким образом, Великий Шелковый Путь, был дорогой, через которую купцы перевозили предметы роскоши, знания и идеи, дорогой, благодаря которой развивались торговые города, расширялись представления народов друг о друге, совершенствовались формы торговли [www.kavkaz-uzel.ru/blogs/1927/posts/10060], а Горная Ингушетия служила – форпостом средневековой стратегической магистрали.

Список использованной литературы

1. История Ингушетии. Ростов на Дону. 2013.
2. Сборник Ингуши. М. 2013.
3. Вестник археологического центра. Выпуск № IV. Назрань.2012.
4. Анчабадзе Г.З. Вайнахи. Тбилиси.2001.
Интернет-ресурсы:
5. Мамлева Л.А. Становление Великого шелкового пути в системе трансцивилизационного взаимодействия народов Евразии // Vita Antiqua. 1999. № 2 (http://archaeology.kiev.ua/pub/mamleyeva.htm).
6. http://www.vokrugsveta.ru/vs/article/209/.
7. http://www.kavkaz-uzel.ru/blogs/1927/posts/10060
8. https://ru.wikipedia.org/wiki
Приложение:

Все опции закрыты.

Комментарии закрыты.

Локализовано: Русскоязычные темы для ВордПресс