Исламизм (википедия)

ИСЛАМИЗМ (ВИКИПЕДИЯ)
Исламизм (ислам+-изм; араб.: الاسلامية ‎ ал-ʾисламия) также араб.: إسلام سياسي‎ ʾислам сияси , букв., “политический ислам» – это набор идеологий, полагающих, что ислам является не только религией, но и политической системой; что современный мусульмане должны вернуться к корням своей религии и воссоединиться в политическом плане. Исламизм – это противоречивый термин, и его определения иногда различаются. Ведущие исламские мыслители подчеркнули вступление в силу шариата (исламского права) у мусульман и удаления немусульманских, в частности западных военных, экономических, политических, социальных и культурных влияний в мусульманском мире, которые они считают несовместимыми с исламом.
Некоторые деятели полагают, что принципы ислама менее строги и могут определяться как форма идентифицирующей политики или “поддержка [мусульманской] идентичности, аутентичночти, более широкого регионализма, возрожденчества [и] ревитализации общества”.
Многие люди, считающиеся “исламистами” выступают против использования этого термина, и заявляют, что их политические взгляды и цели являются просто выражением исламской религиозной веры. Подобным образом, некоторый выступают в пользу термина активистский ислам или политический ислам вместо этого.
Центральными фигурами современного исламизма являются Сайид Кутб, Хассан ал-Банна, Абул Ала Маудуди, Такиддин ал-Набхани и Айатоллах Рухолла Хомейни.
Определения
Исламизм определяют как:
• “веру в то, что ислам должен управлять социальной и политической, также личной жизнью “,
• ” [исламская] идеология, управляющая обществом в целом и которая учит праву, соответствующему исламскому шариату “,
• Движение, обладающее переменной гибкостью .. всего к всему: альтернативный социальный обеспечитесь бедных слоёв населения; серьёзная платформа для молодёжи, лишенной иллюзий; громки призыв, объявляющий возвращение к чистой религии для ищущих идентичность; “прогрессивная, умеренная религиозная платформа` для состоятельных людей и либералов; …а также экстремистов, убийственная машина для нигилистов и радикалов.
• исламское “движение, стремящееся к культурной дифференциации от Запада и воссоединению с предколониальной символической вселенной”,
• “организованное политическое течение, получившего свой современный вид благодаря основанию мусульманского братства в Египте в 1928 году, стремящееся разрешить современные политические проблемы ссылкой на мусульманские тексты”,
• “целый мыслительный орган, стремящийся обернуть общество в ислам, который может быть интерационнистским, а может быть традиционалистским или даже революционным”,
• “активное убеждение и укрепление верований, предписаний, законов или правил, считающихся исламскими по своему характеру”
• движение “мусульман, которые привлекают веру, символы и язык ислама для вдохновения, формирования и оживления политической деятельности;” который может включать умеренных, толерантных, мирных деятелей и / или тех, кто “исповедует нетолерантность и оказывают насилие.”
• термин “используемый для определения течении деятельности, которая по их мнению оправдывает их неправильное понимание ислама как чего-то устойчивого и немобильного, простого племенного пережитка.”
Исламизм принимает разные формы и включает широкий выбор стратегий и тактик, и таким образом, не является единым движением.
Умеренные реформисты, принимающие и работающие в рамках дмократического процесса, включают Партию Справедливости и Развития Турции, тунисского автора и реформатора Рашида ал-Ганучи и малазийского лидера оппозиции Анвара Ибрагима. Исламистская группа Хецболллах в Ливане участвует как в выборах, так и вооруженных нападениях, стремясь отменить государство Израиль.
Такие группы как Джамаат-э-Ислами Пакистана и Суданское братство выбрали обратную дорогу к власти с помощью военных переворотов. Радикальные исламисты аль-Каиды и Египетский Исламский Джихад полностью отрицают демократию, а самозваных мусульман они считают полностью умеренными, и исповедуют джихад с применением насилия, побуждая и совершая нападения на религиозной основе.
Другое большое подразделение ислама – между фундаменталистами “блюстителями традиции” салафизма или движения Ваххаби, и «сторонниками перемен», сосредоточенными в Мусульманком братстве. Оливер Рой утверждает, что “панисламизм Сунни подвергся крупным переменам во второй половине 20го века” когда движение мусульманского братства и сосредоточение на исламистации панарабизма предшествовало движению салафи с акцентом на «шариате, а не на строительстве исламских учреждений,” и отказе от Шиа ислама.
История применения
Термин исламизм сформировался во Франции восемнадцатого века как способ упоминания ислама. Более раннее известное употребление термина закреплено в Оксфордском словаре английского языка в 1747 году. К началу двадцатого века его начали заменять более коротким и чисто арабским термином ислам, а к 1938 году, когда восточные учёные завершили «Энциклопедию Ислама» казалось практически исчезло из английского языка.
Термин исламизм как считается начал приобретать свои современные коннотации во французской академической литературе между концом 1970х и концом 1980х годов. Из французского он начал миграцию в английский язык в середине 1980х, а в последние годы почти заменил термин исламский фундаментализм в академических кругах.
Использование термина исламизма было вначале “сигналом для учёных, скорее симпатизирующих” новым исламским движениям; однако во время того, как термин приобретал популярность, его начали ассоциировать более узко с политическими группами, такими как Талибан или Алжирская Вооруженная исламская группа, а также с актами насилия, привлекающими огромное внимание общественности.
“Исламисты”, выступившие против употребления термина, настаивая на том, что они просто «мусульмане», включают Аятоллаха Мохаммада Хуссейна Фадлаллаха, духовного наставника Хицбуллы и Аббасси Мадани, лидера Алжирского исламского фронта спасения.
Статья 2003 года в «Миддл Ист Квотерли» пишет:
Итак, термин исламизм вначале от времен Вольтера до Первой мировой войны, был синонимом исламу. Просвещённые учёные и писатели обычно предпочитали его мохаммеданизму. В конце концов, оба термина взывали к исламу, арабскому названию веры, и слову, свободному от как пейоративных или сравнительных ассоциаций. Не было необходимости в другом термине пока расцвет идеологического и политического толкования ислама заставило учёных и комментаторов придумать альтернативу, чтобы отличать ислам как современную идеологию от ислама как веры.
Отношение к исламу
Ал-Ливаа, “государственный флаг исламского халифата”
Райа или “чёрный флаг джихада”
Концепция исламизма противоречива, не только потому, что она предполагает политическую роль ислама, но и потому что го сторонники верят, что их взгляды просто отражают ислам, в то время как противоположная идея, что ислам является или может являться аполитичным – ошибочна. Учёные и деятели, не верящие в то, что ислам является политической идеологией, включают Фреда Хаддидея, Джон Эспосито и мусульманских интеллектуалов как Джаведа Ахмада Гамиди.
Исламисты задают вопрос, “Если ислам является образом жизни, как мы моем утверждать, что те, кто хочет жить по его принципам в юридических, социальных, политических, экономических и политических сферах жизни не являются мусульманами, а исламистами и верят в исламизм, а не [просто] в ислам?”[19] Подобным образом, писатель для Группы по международному кризису утверждает, что “концепция «политического ислама» – является созданием американцев для объяснения Иранской исламской революции. В действительности, аполитический ислам как историческая удача “коротковременного расцвета нерелигиозного арабского национализма между 1945 и 1970 годами,” и относящийся к квиетизму / неполитический ислам, не исламизм – требует разъяснения.
С другой стороны, средства массовой информации, которыми владеют и управляют мусульмане, используют термины “исламист” и “исламам” – в отличие от мусульманина и ислама – для отличения таких групп как Исламский фронт спасения в Алжире, или Джамаа Исламийа в Египте, целью деятельности которых является выполнение исламского закона, от основных мусульманских групп.
Другой источник различает исламистов и относящийся к исламуc “по факту того, что последний относится к религии и культуре, существующей более тысячелетия, а первый является политическим / религиозным феноменом, связанным с великими событиями 20го века”. Исламисты по крайней мере иногда определяют себя как “Исламийюн/исламисты” для отличия от “муслимунов / мусульман”.
По мнению историка Бернарда Льюиса, Исламизм (или как он называет его “активистский” ислам), наряду с “квиетизмом,” формируют две”определённых … политических традиций” в исламе.
Аргументы в пользу обоих, основаны, как и самые ранние исламские аргументы, на Священном писании и на действиях и высказываниях пророка..
Очевидно, что традиция квиетистов основывается на пророке как суверенном правителе, судье и государственном деятеле. Однако прежде, чем пророк стал главой государства, он был повстанцем. Перед тем как он путешествовал из Мекки в Медину, где он стал правителем, он был оппонентом существующего порядка. Он вёл оппозицию против языческой олигархии в Мекке и в определённый момент эмигрировал и сформировал то, что на современном языке может называться “правительство в изгнании”, с которым он наконец смог вернуться с триумфом и установить исламское государство в Мекке….
Пророк как повстанец обеспечил в своём роде парадигму революции – оппозицию и отрицание, отказ и отъезд, ссылку и возвращение. Время от времени вновь движения оппозиции в исламской истории пытались повторить эту модель, однако лишь немногие добились успеха..
—Бернард Льюис, Исламская революция
Влияние
Немногие деятели оспаривают влияние исламизма. После развала Советского союза, политические движения, основанные на либеральной идеологии свободы самовыражения и демократического правления, вели оппозицию в других частях мира таких как Латинская Америка, Восточная Европа и многие части Азии, однако “истиной остаётся то, что политический ислам в настоящее время правит как наиболее мощная идеологическая сила в мусульманском мире на сегодняшний день”.
Даже те немногие, кто видит исламизм преисполненным противоречий, полагают, что “социоэкономические реалии, поддерживающие исламистскую волну, до сих пор сильны и не собираются изменяться: бедность, оторванность от своих корней, кризис в ценостях и идентичности, упадок образовательной системы, оппозиция Севера-Юга, и проблема интеграции иммигрантов в принимающих обществах”.
Сила исламизма проистекает из силы религиозности вообще в мусульманском мире. По сравнению с западными обществами, “[ч]то поражает в исламском мире – это то, что … в него, кажется, наименее, проник атеизм”.
Если другие народы смотрят на физические или социальные причины для ответов в сферах, которые их предки предпочитали оставить Священному писанию, в мусульманском мире, религия стала ещё более необходимой, а не менее, как “в последние несколько десятилетий, именно фундаменталисты постоянно представляли современную историю”.
В Египте и остальном мусульманском мире “слово светский, марка, которую с гордостью носили 30 лет назад, , избегают” и “используют для того, чтобы запятнать” политических врагов. Небольшие нерелигиозные оппозиционные партии “не могут сравниться” с исламистами в “упрямстве, кураже,” “риске” или “организационных способностях”.
На Ближнем Востоке и Пакистане, религиозный дискурс доминирует в обществе, эфире и мировоззрении. . Радикальные мечети построены по всему Египту. Книжные магазины заполонили труды на религиозные темы … Спрос на шариат, веру, что их правительство непреданно исламу и что ислам является ответом на все проблемы, и уверенность в том, что Запад объявил войну с исламом, вот темы, доминирующие в общественных дискуссиях. Исламисты могут не контролировать парламенты или дома правительства, но они заняли воображение масс.
Умеренные течения исламизма описываются как “конкурирующие в демократически настроенных кругах в местах как Турция и Индонезия. В Марокко, Исламистская партия справедливости и развития t поддержала “Мудавану” Короля Мухаммада VI “на удивление, прогрессивный семейный закон”, дарующий женщинам право на развод, повышающий минимальный возраст для вступления в брак до 18, а в случае развода, гарантирующий равное распределение имущества.
Исламисты в Египте и других мусульманских странах, описываются как “не доминирующие в сегодняшней политике, но … чрезвычайно влиятельные … Они определяют, что нужно одевать, что нужно есть. В этих сферах, они невероятно успешны… Даже если исламисты никогда не придут к власти, они изменили свои страны”
Источники силы
Среди различных причин глобальной силы исламизма можно выделить следующие:
– Отчуждение от Запада
– Отчуждение мусульман от западных путей, включая политические
– Память в мусульманском обществе о многих веках “культурного и ведомственного успеха” исламской цивилизации,, которая создаёт “сильное сопротивление альтернативному цивилизационному порядку”, такому как Западная цивилизация,
Вне мусульманского общества, христианским миссионерам из Европы обычно удавалось обращать население. Либо по духовным, либо по материальным причинам, существенное количество Американских индейцев, Африканцев, индусов, буддистов и конфуциан приняли Евангелие. Однако мусульмане – нет.”
– Близость сердца мусульманского мира к Европе и христианскому обществу, где оно сначала завоёвывало, а затем было завоёвано. Иберия в седьмом веке, крестовые походы, начавшиеся в одиннадцатом веке, затем вековая Оттоманская империя – все были полями битвы между Европой и исламом.
Исламский мир осознавал Европейский страх и ненависть.
Почти тысячу лет, со времени первой высадки мавритан в Испании, до второго турецкого завоевания Венны, Европа находилась под постоянной угрозой ислама. В ранние века – это была двойная угроза – не только захвата и нападения, но и обращения и ассимиляции. Все провинции исламского королевства, кроме самых восточных, были отобраны от христианских правителей, а подавляющее большинство первых мусульман на запад от Ирана и Аравии были обращёнными христианами … Их потеря сильно чувствовалась, и увеличивала страх, что Европу ожидает та же судьба. и она также чувствовала свой собственный гнев и презрение недавнему первенству западных стран в технологиях ,которые являются вечными учителями, мы же – вечными студентами. Поколение за поколением, эта асимметрия вызывала комплекс неполноценности, ещё более усиленный тем фактом, что их инновации прогрессирую быстрее, чем мы можем их поглотить… Лучшим способом для превращения комплект неполноценности в комплект превосходства… Ислам даст целой культуре чувство достоинства.
Для исламистов, первоначальной угрозой Запада является культурная, а не политическая или экономическая. Культурная зависимость грабит веру и идентичность и этим разрушит ислам и исламское сообщество (умму) более эффективно, чем политическое правление
Конец холодной войны и советская оккупация Афганистана убрала общего атеистического коммунистического врага, объединявшего некоторых религиозных мусульман и капиталистический запад.
Покровительство Запада
В течение 1970х и немного позже, западные и прозападные правительства часто поддерживали некоторых беглых исламистов и исламистские группировки, которые позднее стали рассматриваться как опасные враги. Исламисты считались опорой против – как считали в то время – более опасной левой / коммунистической / националистической повстанческой оппозиции, которой как правильно считалось противостояли исламисты. США потратили миллиарды долларов на помощь муджахедам – мусульманским афганским врагам Советского Союза, и неафганским ветеранам войны, вернувшимся домой с престижем, “опытом, идеологией и оружием”, и имели огромное влияние
Хотя Хамас сейчас является сильным оппонентом существования Израиля, его называют “творением Израиля.” В 1970х и 1980х Израиль терпел и поддерживал группировку как боле предпочтительную, чем нерелигиозная и более мощная ал-Фатах и ООП.
Египетский президент Анвар Садат, в своей борьбе против левых, освободил исламистов из тюрьмы и принял обратно в страну изгнанников взамен на политическую поддержку. Его “побуждение к возникновению исламистского движения” считалось “стало примером для многих других мусульманских лидеров в последующие годы.” Это”джентльменское соглашение” прекратилось в 1975 году, но не ранее, чем исламисты полностью захватили университетские студенческие союзы. Исламисты позднее убили Садата и сформировали внушительное повстанческое движение в Египте в 1990 году.) Французское правительство также по некоторым сведениям поддерживало исламистских проповедников “в надежде направить мусульманскую энергию в зоны благочестия и благотворительности.”
Возрождение ислама
• Возрождение исламской преданности и приверженности исламским вещам может быть отслежено до следующих событий. Принципом Корана iявляется то, что Ислам приносит победу и успех. Например, 23:1: “Действительно, успешными слывут правоверные”; Сура 9:14 “Боритесь с ними, и Господь их накажет вашими руками … Господь приведёт вас к победе над ними”; 22:40: “Господь конечно поможет тем, кто помогает в достижении его (цели): ибо воистину Господь полон сил и мощи.”
Однако, к концу первой мировой войны, едва ли оставалось мусульманское государство, не управляемое христианским западом. Как это могло случиться? Возможны только два ответа. Либо заявления ислама были неправдой, и христианский или постхристианский Запад, наконец, придумал другую систему, или ислам потерпел неудачу, предав себя.
Очевидно, что для борьбы с этим, от мусульман требовались удвоенная вера и преданность.
Связь между отсутствием исламского духа и победы была недооценена разрушительным поражением арабских армий националистов, борющихся под лозунгом “Земля, море и воздух” в шестидневной войне 1967 года по сравнению с (ощутимой) дорогой победой в войне Йом Киппур шесть лет спустя. В той войне лозунгом военных было «Господь велик».
• Наряду с войной Йом Киппур пришло эмбарго на арабскую нефть, причём резкое решение (мусульманских) нефтедобывающих государств Персидского залива сократить добычу и увеличить в четыре раза цену на нефть, сделало термины нефть, арабы и ислам синонимичными с властью в мире, и в частности в воображение людей мусульманского мира. Многие мусульмане считают как и Саудский принц Сауд ал-Файзал, что сотни миллиардов долларов состояния, поолученного от залежей нефти Персидского залива являлись ничем иным, как даром от Господа исламским правоверным.
• В то время как оживление ислама набирало силу, правительства такие как Египта, которые ранее подавляли (и продолжали подавлять) исламистов, присоединились к стороне, одержавшей победу. Они запретили алкоголь и заполонили эфир религиозным программированием, ещё больше распаляя движение.
Бюджетирование Саудовской Аравии
Начиная с середины 1970х исламское оживление финансировалась излишками средств от эеспорта нефти Саудовской Аравией. Десятки миллиардов долларов “нефтеисламской” щедрости ,полученных от недавно повышенной цены на нефть, финансировали примерно “90%расходов на всю веру.”[57]
Во всём мусульманском мире, религиозные учреждения как для молодых, так и для пожилых людей, от детских Медресе́ до степеней высшего образования, получали саудовское финансирование, “книги, стипендии и мечети” (например, “более 1500 мечетей были построены и оплачены средствами, полученными из государственных средств Саудов больше, чем последние 50 лет”), наряду с тренингами в Королевстве для проповедников и преподавателей, которые учили и работали в этих университетах, школах, мечетях и т.д.
Средства также использовались для награждения журналистов и академиков, которые следовали саудовскому строгому толкованию ислама и дополнительные кампусы были построены вокруг Египта для Ал-Азхары, мирового старейшего и самого влиятельного исламского университета.
Толкование ислама, укрепляемое этими средствами, было строгим, консервативным, основанным в Саудовской Аравии Ваххабизмом или Салафизмом. В наиболее резкой форме, оно учило, что мусульмане должны не только “всегда противостоять” неверующим “любым способом,” но и “ненавидеть их за их религию … во имя Аллаха,” что демократия “несёт ответственность за все ужасные войны 20ого века,” что Шиа и другие мусульмане, не сторонники ваххабизма – также неправоверные, и т.д.Хотя эти усилия никоим образом не обратили всех, или даже большинство мусульман в ваххабитское толкование ислама, оно многое сделало для поглощения более умеренных региональных толкований, и сделало саудовское толкование ислама “золотым стандартом” религии в умах мусульман.
Террористический акт в Мекке 20 ноября 1979 года
Сила исламистского движения была показана в событии, которое казалось должно было отвратить мусульманское общественное мнение от фундаментализма, однако сделало обратное. В 1979 году крупнейшая мечеть в Мекке, Саудовской Аравии, была захвачена вооружённой фундаменталистской группировкой, и удерживалась более недели. Многие были убиты, в том числе многие паломники, что является грубым нарушением одного из самых святых мест в исламе (и места, где вооружение и насилие строго запрещены).
Вместо того, чтобы вызвать протест простив движения, в котором состояли нападавшие, Саудовская Аравия уже очень консервативная напротив ответила и пополнила свои фундаменталисткие убеждения ещё большими исламскими ограничениями. Применение суровых мер следовало за всем, от владельцев магазинов, которые не закрывались на салах и газет ,публиковавших картины женщин, до продажи кукол, плюшевых медведей (образы одушевлённых предметов считаются хараамом) и собачьего корма (собаки считаются нечистыми)
В других мусульманских странах, вина и ответственность за захват была направлена не против фундаментализм, а против главнейшего исламского врага фундаментализма – Соединённых Штатов. Аятоллах Кхомейни приказал организовать нападения на американские посольства, объявив
Несложно догадаться, что это работа уголовного американского империализма и международного зионизма.
Несмотря на тот факт, что объектом восстания фундаменталистов было Королевство Саудовской Аравии, главного союзника Америки в регионе. Антиамериканские демонстрации последовали в Филиппинах, Турции, Бангладеше, Индии, ОАЭ и Кувейте. Посольство США в Ливии было сожжено протестантам, выкрикивающими проКхомейновские слоганы, а посольство в Исламабаде, Пакистане, было сожжено полностью.
Недовольство статусом кво
– Действительное сердце мусульманского мира – арабский мир – поражён экономической стагнацией. Например, по оценкам, экспорт Финляндии, европейской страны с пятью миллионами населения, превысил экспорт целого 260 – миллионного арабского мира, ,исключая доход от продажи нефти. Эта экономическая стагнация по утверждению некоторых, началась с развала Оттоманского халифата в 1924 году, разрушения торговых сетей и разрыва общества, а также создания новых наций и государств, до этого, У Ближнего Востока была разнообразная и растущая экономика и более общее процветание.
– Сильный рост населения вместе с экономической стагнацией создал городские конгломерации в Каире, Стамбуле, Тегеране, Карачи, Дакке и Джакарте, среди которых миллионы молодых и безработных или занятых частично. Такие группы населения, отчуждённая от озападненных путей урбанистической элиты, однако взращенная от комфорта и более пассивных традиций сёл, из которых они произошли, конечно, благосклонно расположены к исламской системе, обещающей лучший мир – идеологии, обеспечивающей “эмоционально знакомую основу для идентичности групп, солидарности, и исключения, приемлемую базу для законности, по определению разумную формулировку принципов как для оценивания настоящего, так и для программы на будущее.
Укрытие мечети
В то время как режимы диктатуры могут предупредить оппозиционные националистские или социалистические кампании закрытием их сетей или штабов, центром исламистской политической организации является мечеть. Она освобождена от правительственных суровых мер в мусульманском мире (а часто и не в мусульманском мире) из-за своей священности. “Именно в мечети [исламисты] оплетают окрестности в ходе обеспечения социальных услуг, распространения своих политических сообщений и кампаний за голоса, в которых им разрешено участвовать
Благотворительная деятельность
Такие исламистские движения как Мусульманское братство, “хорошо известны за обеспечения крова, образовательной помощи, бесплатных или дешёвых медицинских клиник, жилищной помощи иногородним студентам, студенческим консультационным группам, услуги недорогих массовых свадебных церемоний для избежание запросов непозволительно дорогого приданого, юридической помощи, спортивных услуг и женских группировок.” Всё это очень выгодно смотрится на фоне некомпетентных, неэффективных и пренебрежительных правительств, чья приверженность социальной справедливости ограничивается риторикой.
Сила политики идентичности
Исламизм также можно описать как часть политики идентичности, в особенности религиозно ориентированный национализм, который появился в Третьем мире в 1970х: “возрождённый индуизма Индии, ультра-ортодоксальный иудаизм в Израиле, военный буддизм в Шри-Ланке, возрождённый Сикх-национализм в Пенджабе, Теология освобождения’ католицизма в Латинской Америке и конечно же исламизм в мусульманском мире. (Следует отличать от этнического или основанного на лингвистике национализме, которому противостоит исламизм) Всё это озадачило прозападную правительственную элиту в вопросах аутентичности и традиции.
Критика
Исламизм или элементы исламизма критикуют за репрессию свободы самовыражения и индивидуальных прав, суровость, лицемерие, отсутствие верного понимания ислама, неправильное толкование Корана и Сунны и за инновации ислама (бидах), несмотря на объявленную исламистами оппозицию любым таким инновациям..
История
Движения-предшественники
К некоторым движениям возрождения ислама, предвещающим исламизм относятся
• Шакх Ахмад Сирхинди (~1564–1624) был частью “повторного утверждения of традиционности в суфизме” и был известен своим последователям как новатор второго тысячелетия’. О Сирхинди говорят, что он ‘gпридал Индийском исламу строгий и консервативный вид, который он сохраняет сейчас
• Ибн Таймийаах, сирийский исламский юрист, в течение 13- 14ого веков, на которого часто ссылаются by contemporary современные исламисты. Ибн Таймийаах выступал против несоблюдения закона шариата и против практик таких, как празднование дня рождения Мухаммада или сооружение мечетей вокруг могил суфийских шейхов, полагая, что это неприемлемые заимствования из христианства. Многие мусульмане” даже не знают о христианском происхождении этих практик”.
• Шах Валиуллах Индии и Мухаммад Ибн-ал-Ваххаб Аравии были современниками, которые встретились во время учёбы в Мекке. Мухаммад Ибн-ал-Ваххаб практиковал адвокатуру, обходясь без более поздних новшеств таких, как суровое поклонение и обращение к писанию и духу ислама, как проповедует и практикует Мухаммад. Он основал ваххабизм. Шах Валиуллах был предшественником реформистов, как Мухаммад Абдух во своих взглядах, что существовала “постоянная необходимость нового иджтихада по мере того, как мусульманское общество прогрессировало и расширялось, а новые поколения должны были решать новые проблемы” и в своём интересе к социальным и экономическим проблемам бедных.
• Саиид Ахмад Барельви был учеником и последователем сына Шаха Валиуллаха и подчёркивал ‘очищение’ ислама от неисламских поверий и практик. Он предвосхитил современных исламистов, став лидером движения джихада и попытался создать исламское государство со строгой силой исламского закона. Пока он вёл джихад против сикхов на Северо-западной Индии, его последователи боролись с британцами после го смерти и присоединились к Индийскому народному восстанию.
После провала Индийского народного восстания, некоторые из последователей Шаха Валиуллаха обратились к более мирным методам сохранения исламского наследия и основали семинарию Дар ал-Улум в 1867 году в городе Деобанде. Из школы развилось движение Деобандов, ставшее крупнейшим философским движением традиционной исламской мысли на субконтиненте и привело к учреждению тысяч мадресе по территории современной Индии, Пакистана и Бангладеш. Сегодня, деобандизм представлен в Пакистане организацией/ политической партиейy Джамиат Улема-э-Ислам и её дочерних групп.
Ранняя история
Саиид Джамал ал-Дин ал-Афгани
Конец 19ого века стал свидетелем развала большинства мусульманской оттоманской империи немусульманскими европейскими колониальными силами. Империя потратила внушительные суммы на западную гражданскую и военную технологию для попыток модернизации и соперничества с приближающимися европейскими силами, и в процессе вошло в долги этим силам.
В данном контексте, публикации , Джамала ал-Дин ал-Афгани (1837–97), Мухаммада Абдуха (1849–1905) и Рашида Рида (1865–1935) исповедовали исламские альтернативы политическому, экономическому и культурному упадку империи. Мухаммад Абдух и Рашид Рида сформировали начало салафистского движения, а также исламского модернистского / светского движения.
Их идеи включали создание истинного исламского общества по закону шариата и отказ от таклида, слепого подражания прошлым авторитетам, которые по их мнению отклонялись от истинного послания ислама. В отличие от поздних исламистов, салафисты делали сильный акцент на возрождении Халифата.
Саиид Абул Ала Маудуди
Саиид Абул Ала Маудуди был воспитанником и важной фигурой начала двадцатого века в исламском возрождении в Индии, а затем после независимости от Братании, в Пакистане. Будучи тренированным адвокатом, он выбрал профессию журналиста и писал о современных проблемах и, что самое важное, об исламе и исламском праве.
В борьбе за создание отдельного мусульманского государства в Южной Азии, Маудиди и его партия сначала выступали против учреждения государства Пакистана, однако позднее поддержали идею. Он был вдохновляющей фигурой для современных исламистских группировок в Южной Азии и других местах.
Маудуди основал партию Джамаат-э-Ислами в 1941 году и оставался её лидером до 1972 года. Хотя Маудуди окончил учреждение Деобанди, его партия была долговременным соперником партии Деобанди / группировки Джамаат-э-Ислами.
Маудуди оказал большее влияние чеерз своё письмо, чем через политическую организацию. Его чрезвычайно влиятельная книга К пониманию ислама (Рисалат на арабском языке) поместила ислам в соверменный контекст и повлияло н етолько на консервативные улема, но и либеральных модернизаторов, таких как ал-Фаруки, чья “Исламизация знания”принесла некоторые из ключевых принципов Маудуди.
Маудуди полагал, что ислам был вездесущим. “Всё во вселенной является “мусульманским”, потому что оно слушается Господа, соблюдая его законы. .. Человек, отрицающий Господа, называется Кафир (укрыватель), потому что он укрывает своим неверием то, что присуще его натуре и наполняет его собственную душу.”
Маудади также полагал, что мусульманкое общество не может быть исламским без шариата, и ислам требует учреждение исламского государства. Государство должно быть “тео-демократией,”[98] основанной на принципах тавхида (единства Господа), рисала (пророчество) и кхилафа (халифат)
Хотя Маудуди говорил об исламской революции, он был как менее революционным, так и менее политически / экономически популистским, чем поздние исламисты как Кутб.
Мусульманское братство
Одноременно с Маудуди произошло основание мусульманского братства в Исмаилие, Египте, в 1928 году Хассаном ал-Банна. По сведениям, он был первой, крупнейшей и самым влиятельной современной исламской политической / религиозной организацией. Под лозунгом “Коран – наша Конституция,” она стремилась к возрождению ислама через проповеди, а также обеспечением основных общественных услуг, включая школы, мечети и мастерские.
Подобно Маудуди, ал Банна верил в необходимость правительства, основанного на законе шариата, внедренного постепенно и убеждением и удаления всего немусульманского империалистического влияния в мусульманском мире. Джихад был объявлен против европейских колониальных властей.
Некоторые элементы братства, хотя и против указов, занимались насилием над правительством, а его основатель ал-Банна был убит в 1949 году в отместку за убийство Египетского премьера Махмуда Фарни Накраши тремя месяцами ранее. Братство подвергалось периодическим репрессиям в Египте и несколько раз запрещалось, в 1948 году и несколькими годами после конфронтацией с египетским президентом Гамалом Абдулом Нассером, который посадил в тюрьму тысячи членов за несколько лет.
За последние годы, её статус обычно описывается как “полулегальный”. Несмотря на периодические репрессии, братство стало одним из самых влиятельных движений в исламском мире, в частности в арабском мире. Будучи единственной оппозиционной группировкой в Египте, способной выставлять кандидатов на выборах, (которые по оценкам экспертов, получат по крайней мере 30% голосов на свободных выборах), она воспитала несколько дочерних организаций во многих других странах
Саиид Кутб
Саиид Кутб
Политические идеи Маудуди повлияли на Саиида Кутба, одного из ключевых философов исламизма, и лидирующего члена движения мусульманского братства. Кутб полагал, что они пришли к тому, что мусульманское общество буквально перестало существовать. Он “вымирает несколько веков, став безбожным и равнодушным. (джахилийа)
Для борьбы с джахилией, Кутб заявил, что должен быть установлен Шариат или исламский закон.Закон шариата был доступен ен только людям и существенно необходим для существования ислама, но также вездесущим, исключающим “злые и гнилые” неисламские идеологии такие, как социализм, национализм или либеральная демократия.
Кутб учил, что мусульмане должны совершить двойную атаку обращая индивидуумов и ведя джихад дл несильного искоренения “структур” джахилии – не только из родины ислама, но и с лица земли..
Кутб был и членом братства и невероятно влиятельным в мусульманском мире вообще. Кутб считается некоторыми “отцом-основателем и ведущим теоретиком” современных джихадов, таких как Осама бин Ладен. По иронии, мусульманское братство в Египте и в Европе не распространило своё видение вооруженного джихада, за это их осуждали более радикальные исламисты.
Шестидневная война 1967 года
Быстрое и решающее поражение арабских войск во время шестидневной войны израильскими войсками толкуется как ключевое событие арабского мусульманского мира. Поражение наряду с экономической стагнацией в поражённых странах приписывается арабскому национализму правящих режимов.
Медленный но уверенный спад популярности и доверия как нерелигиозных, так и националистических политиков вызвали. баатизм, арабский социализм и арабский национализм пострадали, и исламистские движения, вдохновлённые Мавлана Маудуди и Саиидом Кутбом сделали успехи.
Исламская республика в Иране
Имам Кхомейни
Первое современное исламское государство (с возможным исключением Пакистана Зиа) было учреждено среди шиа Ирана. Сотрясая весь мир, Айатоллах Рухоллах Кхомейни вёл Иранскую революцию 1979 года, чтобы свергнуть богатую от продажи нефти, хорошо вооружённую, прозападную и проамериканскую светскую монархию, управляемую Шахом Мухаммадом Реза Пахлави.]
Взгляды Кхомейни были подобными мыслителями исламского сунни таких, как Мавдуди и Кутб. Он полагал, что подражание ранним мусульманам и восстановление закона шариата существенно важно для ислама, что нерелигиозные прозападные мусульмане на самом деле были агентами Запада, служащие западным интересам и что “хищение” мусульманских земель было частью долгосрочного плана христианского запада против ислама.
Но у них были также некоторые отличия:
• Как шиа, ранние мусульмане, которым подражал Кхомейни, были Али Ибн Аби Талиб и Хусайн Ибн Али, нехалифы Абу Бакр, Омар или Утман.
• Кхомейни говорил не о восстановление халифата, а об установлении исламского государства, где ведущую роль играли бы исламские юристы (улама), как последователи Шиа Имамов, пока Махли не вернулись из укрытия. Его концепция велайат-э-фаат (“попечительство [исламских] эристов”), заключалась в том, что ведущие мусульманские духовные лица в обществе – к которым Кхомейни и его последователи себя относили – должны служить главой государства, чтобы защищать или “опекать” ислам и закон шариата от “инноваций” и “антиисламских законов”, принятых поддельными парламентами.
• На революцию повлиял марксизм через исламистские мысли, а также через писания, стремящиеся противостоять марксизму (труды Мухаммад Бадир ал-Садра) или интегрировать социализм и исламизм (труды Али Шариати). Сильное крыло революционной верхушки составляли левые или “радикальные популисты”, такие как Али-Акбар Мохташам-Пур.
Пока изначальный энтузиазм к революции в мусульманском мире был силён, он потускнел по мере того, как “репрессии, экзекуции и зверства пятнали её образ”.
Как модель потенциальных исламских государств, Исламская республика частично имела успех в достижении своих целей; избавление Ирана от коррупции, бедности и политической опрессии не получилось достичь, пока шариат внедряли как закон. В пределах государства, оно достигла скромных успехов в повышении грамотности и здравоохранении.
Ему также удалось удерживать власть в Иране, несмотря на экономические санкции США и создало или помогало группировкам единомышленников исламистов шиа в Ираке (ВСИРИ) и Ливане (Хецболлах), (две мусульманские страны, которые имеют большее количество шиитов среди населения). Во время Израильско-Ливанского конфликта 2006 года иранское правительство немного восстановила свою популярность среди в основном сторонников сунни на “арабских улицах”, из-за своей поддержки Хецболлах и яростной оппозиций президента Махмуда Ахмадинеджад Соединённых Штатов и его призыву к исчезновению Израиля.
Кампания по исламизации Пакистана
Генерал Зиа-уф-Хак
В июле 1977 года генерал Зиа-уф-Хак сверг режим премьер-министра Али Бутто в Пакистане. Али Бутто, левый в политическом соперничестве с исламистами, ранее запретил алкоголь, мкачки и ночные клубы и объявил, что “шариат будет применяться в полном объёме” в течение шести месяцев, как раз перед его свержением. Ул-Хак был намного более привержен исламизму, а “исламизация” или внедрение исламского закона (известного как шариат), стало основой его одиннадцатилетней военной диктатуры, а исламизм стал его “официальной идеологией”. Поклонник Мавдуди, партия Мавдуди Джамаат-э-Ислами стала “идеологическим оружием режима”, а её члены процветали под правлением ул-Хака.
Под его правлением любой, кто показывал неприятие его форм “ислама!”, преследовался и становился жертвой закона. Общество Ахмадов жестоко преследовалось под его диктаторским правлением различными исламистскими движениями, которые из-за бездействия правительства собирали поддержку и значительно увеличивались в количестве и влиянии. Десятилетия сосредоточения и текущей исламистской волны в Пакистане являются результатом поддержки ул-Хака различных исламистских движений. В Пакистане, такая исламизация как описано выше “вероятно” была завершённой в большой степени, “чем при любом другом режиме, кроме иранского или суданского”, однако Ул-Хака также критиковали некоторые исламисты за применения “символов” , а не содержания и использование исламизации для узаконивания своих средств захвата власти. Программа была резким возвратом традиционного секуляризма основанием в Пакистане Мусульманской Лигы и её лидером Мохаммадом Али-Джинной, однако в отличие от соседнего Ирана, законы ул-Хака были направлены на “избежание излишков революции” а не на ухудшение отношений со своими американскими союзниками и союзниками – станами Персидского залива.
Ул-Хак был убит в 1988 году, однако исламизация остаётся важным элементом политики и общества Пакистана.
Афганистан
В 1979 году Советский Союз ввёл свою 40ую армию в Афганистан, пытаясь подавить исламское восстание против союзного марксистского режима в Афганской гражданской войне. Конфликт, поставивший местных обнищавших мусульман (муджахедов)против антирелигиозной сверхсилы, собрал побудил мусульман по всему миру послать помощь, а иногда приехать самим, чтобы вести джихад. Происламскими мероприятиями руководил пакистанский шейх Абдулла Юсуф Аззам. Хотя военная эффективность этих “афганских арабов” была минимальной, группа Аззама по сведениям организовала военный тренинги для более, чем 20,000 мусульманских наёмников из около 20 стран всего мира.
Когда Советский Союз свернул марксистский режим Наджибулла и вывел войска из Афганистана в 1989 году (режим окончательно пал в 1992 году), победа расценивалась многими мусульманами как триумф исламской веры над превосходящей военной мощью и технологией, которая может повториться в любом другом месте.
Джихадисты получили законность и престиж от своего триумфа как в военном обществе и среди обычны мусульман, так и уверенность в том, что нужно нести джихад в другие страны, где по их мнению мусульманам нужна была помощь.
“Ветераны партизанской кампании”, вернувшиеся домой в Алжир, Египет и другие страны “сос воим опытом, идеологией и оружием” часто желали продолжения вооружённого джихада.
Развал советского Союза сам по себе в 1991 году рассматривался многими исламистами, включаю бин Ладена как поражение сверхсилы в руках ислама, помощь на $6 миллиардов , данная США муджахедам, никак не связанных с победой. По мнению Бин Ладена, “США не сыграли значительной роли” в “развале Советского Союза… aк этому причастны лишь Господь и муджахеды”Афганистана.
Война персидского залива
Другим фактором в начале 1990х, сработавшим на радикализацию исламистского движения, была война Персидского залива, принесшая несколько сотен тысяч военных США и союзных немусульманских стран на землю Саудовской Аравии для положения конца оккупации Кувейта Саддамом Хуссейном. До 1990 года Саудовская Аравия играла важную роль в поддержке многих исламистских группировок, которые получали её помощь. Но Саддам расширил исламскую риторику и атаковал Саудовскую Аравию, его врага в войне, за нарушение исламского единства и её роль как опекуна двух священных городов, разрешая немусульманам ступать на её землю (традиционная мусульманская вера утверждает, что немусульманам не разрешается ступать на аравийский полуостров), и он также обвинил королевство в том, что оно является куклой для запада.
Эти атаки резонировали с консервативными мусульманами, и проблема не решилась с поражением Саддама, так как американские войска остались в королевстве, и на самом деле развивалось сотрудничество в миротворческом процессе между Палестиной и Израилем. Саудовская Аравия пыталась скомпенсировать свою потерю престижа среди этих групп, репрессируя внутренних исламистов, нападавших на неё (первейшим примером является Бин Ладен), и увеличивая помощь исламским группировкам (исламистские мадресе по всему миру и даже помощь исламистским группам, исповедующим насилие),, не нападавших на неё, но её предвоенное влияние относительно сдерживания значительно сократилось. Одним из результатов этого была кампания атак на правительственных чиновников и туристов в Египте, кровопролитная гражданская война в Алжире и террористические нападения Осама бин Ладена, завершившиеся атакой 11 сентября.
Движения джихада в Египте
В то время как идеи Кутба становились всё радикальнее в течение его заключения до его казни в 1966 году, верхушка Братства, предводимая Хасаном ал-Худайби, оставалась умеренной и заинтересованной в политической договорённости и активизме. Маргинальные или осколочные движения, вдохновлённые финальными писаниями Кутба в середине 1960х (в частности, манифест “Ориентиры,” , известный как Маалим фи-л-Тарик) однако развивались и следовали более радикальному направлению. К 1970м годам, братство отказалось от насилия как средства достижения своих целей.
На тропу насилия и военной борьбы затем встало организация Египетского исламского джихада, несущая ответственность за убийство Анвара Садата в 1981 году. В отличие от ранних антиколониальных движений, Исламский джихад направил свои нападения против тех, кого считают “отступническими” лидерами мусульманских государств, лидеров, проводящих секулярные учения или ввёвших или укрепивших западные / иностранные идеи и практики в исламские общества. его взгляды были определены в памфлете, написанном Мухамадом Абд ал-Салаамом Фарагом, в котором он утверждает:
…нет сомнения в том, что первым полем битвы для джахада является уничтожение этих неверных лидеров и замена их полным Исламским Порядкомr…
Другая египетская группировка, использовавшая насилие в своей борьбе за исламский порядок была ал-Гамаа ал-Исламийя Исламская группа).Жертвами их кампании против Египетского государства в 1990х стали глава контртеррористической полиции (генерал майор Рауф Кхайрат), спикер парламента (Рафаат ал-Махгуб), дюжины европейских туристов и египетских прохожих, и более 100 египетских полицейских. Наконец, кампания по свержению правительства была неуспешной, а основная группа джихада, Джамаа Исламийя (или ал-Гамаа ал-Исламийя )отказалось от насилия в 2003 году. Другие менее известные группы включали Исламскую партию освобождения, Ал-Наджун мин ал-нар и Ал-Такфир ва ал-Хиджра и эти группы различным образом участвовали в таких деятельностях как покушения на политические фигуры, assassinations of political figures, поджог видеомагазинов и попытки захват зданий правительства.
Судан
Много лет Судан имел исламистский режим под правлением Хассана ал-Тураби. Его Национальный исламский фронт впервые приобрёл влияние, когда главарь генерал Гаафар ал-Нимейри пригласил членов для службы в его правительстве в 1979 году. Тураби построил мощную экономическую базу со средствами из международных исламистских банковских систем, в частности , связанных с Саудовской Аравией. Он также нанял и построил кадровую влиятельных лоялистов, поместив сочувствующих студентов в университете, служа министром образования.
После свержения ал-Намейри в 1985 году, партия плохо показала себя на национальных выборах, однако в 1989 году она смогла свергнуть избранный пост-ал-Нимейривское правительство с помощью военных. Тураби известен за его приверженность демократическом процессу и либеральному правительству до прихода власти, однако за строгое применение закона шариата и интенсификация долгосрочной войны на Южном Судане, нарушения прав человека при власти.. Режим Национального исламского фронта также некоторое время укрывал Осама бин Ладена (до 11 сентября), и работал для объединения исламистской оппозиции американскому нападению на Ирак в Войне Персидского залива 1991 года.
После того, как суданская разведывательная служба была замешана в покушении на убийство президента Египта, ООН возложило на Судан, очень бедную страну, экономические санкции, a Тураби перестал пользоваться популярностью. Он был заключён под стражу в период 2004-5 годы. Некоторые из проявлений политики Национального исламского фронта такие как война с немусульманским югом, отменили, хотя Национальный Исламский Фронт (сейчас именуемый Партией Национального конгресса)всё ещё имеет внушительную силу в Суданском правительстве.
Алжир
Эмблема Исламского фронта спасения
Исламистское движение, находящееся под влиянием салафизма и джихада Афганистана, а также Мусульманского братства был Исламский Фронт Спасения в Алжире. Основанный как широкая исламистская коалиция в 1989 году, ей руководил Аббаси Мадани, харизматичный радикальный молодой проповедник, Али Бельхадж. Пользуясь либерализацией непопулярного правящего левого / националиста режима Исламского Фронта Спасения, он использовал его проповеди для продвижения установления юридической системы, следующей закону шариата, образование на арабском, а не на французском и половая сегрегация в то время, как женщины остаются дома для снижения высокого уровня безработицы среди молодых алжирских людей. Исламский Фронт Спасения выиграл главные битвы, и он собирался выиграть национальные выборы в 1991 году, где голосование было отменено военным переворотом.
Поскольку исламисты взялись за оружие для переворота режима, лидеры Исламского Фронта Спасения были арестованы и его отодвинули на задний план исламистские партизанские группы, в частности Исламская Армия Спасения и Вооружённая исламская группа (или GIA). Развязавшаяся кровопролитная и разрушительная гражданская война, в которой около 150,000 и 200,000 людей были убиты за следующее десятилетие Гражданские – включая иностранцев, академиков университета, интеллектуалов, писателей, журналистов и докторов – стали мишенью исламистских экстремистов, хотя правительственные силы также обвинялись в убийстве гражданских и манипуляции брутальной такфири Вооруженной Исламской группы.
Гражданская война не было победой для исламистов. К 2002 году, основные партизанские группы были либо разрушены, либо сдались. Популярность исламистских партий спала до уровня, что “исламистский кандидат, Абдаллах Джабаллах, пришёл третьим с большим отрывом с 5% голосов” на президентских выборах 2004 года.
Афганистанский талибан
Флаг талибов
В Афганистане победа муджахедов не привела к справедливости и процветанию, а к ужасной и разрушительной гражданской войне между полководцами, превращая Афганистан в одну из самых бедных стран на земле. В 1996 году, новое движение, известное как Талибан, пришло к власти, победило большую часть главнокомандующих и захватило около 80% Афганистана.
Талибы был порождены тысячами мадресе движения Деобанди, учреждённого для обедневших афганских беженцев и поддерживались правительственными и религиозными группами в соседнем Пакистане.

Страницы: 1 2

Комментирование закрыто, но вы можите поставить трэкбек со своего сайта.

Комментарии закрыты.

Локализовано: Русскоязычные темы для ВордПресс