СНБ ЧРИ

АНГЕЛЫ, ТАК ДОЛГО ХРАНИВШИЕ МАСХАДОВА
В. Павлов
В 1991 году. в атмосфере перехода к реальной политической власти в Чечне представителей нескольких тейпов, далеко не последнее внимание уделялось становлению собственных спецслужб. Новые спецслужбы создавались не на пустом месте – с территории всего бывшего Союза сюда стекались этнические чеченцы, ранее обучавшиеся в специализированных учебных заведениях страны, включая Высшие школы КГБ и МВД СССР. Зачастую именно этим кадрам в дальнейшем отводилась значительная роль в становлении органов внутренних дел, контрразведки и внешней разведки. С течением времени некоторая консолидация общества, так же, как и его спецслужб, стала исчезать. На передний план вышли тейповые и межтейповые отношения, которые сыграли в этом далеко не последнюю роль. Оно и понятно: кто бы стал “продвигать” к власти представителей других, недружественных родов? А если они к тому же еще и извечные враги родного тейпа, то будущее, пусть даже и хороших специалистов, было под явной угрозой.
ПРЕДЫСТОРИЯ.
ДЕПАРТАМЕНТ ГОСУДАРСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ЧЕЧЕНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ИЧКЕРИЯ
Новое руководство чеченских спецслужб и силовых ведомств старалось максимально использовать опыт бывших спецслужб Советского Союза: как формы и методы работы, так и принципы взаимодействия между силовыми ведомствами и их подразделениями. Общими для всех спецслужб на постсоветском пространстве были и другие тенденции – частое реформирование, сокращение штата, задержки в выплате заработной платы и т.д. В самопровозглашенной Чеченской Республике спецслужбы также прошли несколько этапов реформирования. Внимание, уделяемое этому непременному атрибуту государственной власти, было повышенным.
Учитывая уровень осведомленности сотрудников спецслужб, навыки оперативной работы, 19 декабря 1993г. Д.Дудаев издает указ № 172 “Об уголовной ответственности сотрудников спецслужб за подрывную деятельность против Чеченской Республики”, в соответствии с которым “совершение сотрудниками спецслужб, в том числе бывшими, действия или бездействия, направленного на подрыв государственного строя Чеченской Республики, а равно совершение ими особо опасных и иных государственных преступлений против Чеченской Республики наказывается лишением свободы сроком на 15 лет или смертной казнью с конфискацией имущества”.
Издание указа можно расценивать, во-первых, как демонстрацию решимости чеченского президента бороться со спецслужбами других государств, а во-вторых – оградить деятельность сотрудников собственных спецслужб от влияния представителей криминального мира Чечни. По-видимому, в тот период такие проблемы уже реально существовали.
Стремясь упрочить в чеченском обществе положение органов безопасности, 6 января 1994 г. Д.Дудаев издает указ № 23, в соответствии с которым, “в целях оперативного решения вопросов политической и экономической безопасности государства”, возложенных на Департамент государственной безопасности Чеченской Республики Ичкерии (ДГБ ЧРИ), гражданам республики, независимо от должности, вменялось в обязанность по первому требованию сотрудников Департамента предоставлять интересующую их информацию и документы в отношении юридических лиц. Уклонение от исполнения Указа каралось наложением штрафа (от 10 до 20 минимальных размеров оплаты труда), а при необходимости – административным арестом на срок до 15 суток. Такие репрессивные меры оказались довольно действенными – практически все чиновники охотно шли на контакт с представителями ДГБ. Чувствуя такое внимание, сотрудникам госбезопасности трудно было удержаться от соблазнов в виде взяток.
Начавшиеся на территории республики боевые действия внесли коррективы в деятельность спецслужбы. В соответствии с указом № 2 от 3.02.1995 г. “В целях обеспечения централизации руководства управления и взаимодействия силами обороны … на период военного времени силы и средства ДГБ ЧРИ передать в подчинение начальника ГШ ВС ЧРИ. Начальнику ДГБ в своей деятельности руководствоваться “Положением о деятельности ДГБ на период военного времени”. Но уже 7 октября 1995 г. Д.Дудаев подписал указ № 38 “О возобновлении деятельности Департамента государственной безопасности”, в соответствии с которым существующие в Республике Особые отделы были ликвидированы, а на их основе воссоздан ДГБ ЧРИ. Начальником Департамента был назначен полковник А.Мовсаев.
В развитие этого указа, 4.10.1995 г. был издан указ № 394, в соответствии с которым А.Мовсаев и заместитель Министра ВД ЧРИ В.Закриев на период боевых действий наделялись дополнительными полномочиями – “…правом санкционировать обыски, задержания, ареста лиц, совершивших особо опасные и опасные государственные преступления против чеченского народа и его государства как на территории Чеченской республики – Ичкерия так и за ее пределами, вменив А.Мовсаеву и В.Закриеву функции заместителя Генерального прокурора ЧРИ”.
Своеобразный 1937 г. в чеченском варианте не мог пройти даром – остается только гадать, сколько же “врагов нации” смогли найти эти два начальника, и какое количество их было расстреляно. До второй половины января 1997 г. контрразведывательной деятельностью занимались по-прежнему подразделения ДГБ ЧР под руководством полковника (позднее – бригадного генерала) А. Мовсаева.
Департамент включал в себя Центральный аппарат, в составе которого имелись штаб, секретная часть, Контрразведывательное управление (КРУ), состоявшее из экономического, оперативного (как минимум 4-е отделение), контрразведывательного отделов (или служб), а также другие подразделения. Кроме того, имелось 8 районных отделов (РО) ДГБ – Шалинский, Гудермесский, Ачхой-Мартановский, Урус-Мартановский, Шелковской, Шатойский, Ножай-Юртовский, Наурский.
Одним из приоритетных направлений деятельности структурных подразделения ДГБ в тот период было противодействие спецслужбам и федеральным войскам Российской Федерации. Так, в 1996-1997 гг. особое внимание уделялось получению информации о передвижении различных военных колонн и составов по территории Республики. Скрупулезность информации, которую отдел (служба) контрразведки докладывал руководству, позволяет предположить, что к этому времени КРУ ДГБ ЧР имел хорошо разветвленную агентурную сеть, а также добровольных помощников на территории всей республики.
В отчетах фиксировалась вся информация, отражающая направления прибытия (убытия) колонн и эшелонов, количество прибывших (убывших) единиц техники и бронетехники и их точная классификация, количество прибывшего (убывшего) личного состава, имена, фамилии военнослужащих, сотрудников милиции и других силовых ведомств, их принадлежность (№ в/ч, место постоянной дислокации, привычки, возможность контакта с местным населением и т.д.). Полученная информация использовалась при нападении на колонны, минировании железнодорожных путей и проведении всего остального спектра мероприятий “миролюбивой” политики бандформирований.
Контрразведывательные подразделения ДГБ ЧРИ формировались несколькими путями: за счет оперативного состава подразделений бывшего МВД ЧРИ, лояльно настроенного по отношению к антироссийскому руководству Республики, привлечения наиболее отличившихся “бойцов Сопротивления” 1994-1996 гг., и, в основном, по родственным и дружеским связям политического руководства Республики и Департамента.
Оперативному составу, влившемуся в подразделения КРУ ДГБ ЧРИ после августа 1996 г., в последующий период была отведена роль руководителей отделов и Управлений. За неполные 3 года многие сотрудники прошли путь от младших офицеров до полковников. В этом отражается непременная часть чеченского менталитета – стремление сделать как можно быстрее карьеру, причем любыми средствами, независимо от специального образования и профессиональных навыков.
Кадровая политика в Департаменте образца 1996 г. была пущена на самотек; многие сотрудники окончательно оформлялись на службу только спустя шесть и более месяцев после фактического начала исполнения служебных обязанностей. Многие из них не имели соответствующих удостоверений до середины 1998 г., с ними расплачивались в иностранной валюте без участия какой-либо бухгалтерии.
Постепенно влияние Департамента усиливалось. После заключения хасавюртовских соглашений российские войска были выведены из Чечни. Основной задачей личного состава подразделений ДГБ стала поддержка режима З.Яндарбиева, который всеми путями пытался отодвинуть выборы президента Чечни. В достижении этой цели, при всем богатстве выбора средств и методов, он остановился на самом надежном – жестоком убийстве иностранцев, сотрудников Международного Красного Креста в селе Новые Атаги, осуществленном по его личному указанию непосредственно перед выборами. Гнев мирового сообщества помог бы ему достичь цели. Но каких-либо действенных мер в отношении Чечни “свободный мир” не сделал, ограничившись приостановлением отдельных гуманитарных проектов.
На всякий случай Яндарбиевым были предприняты соответствующие меры: перевод личного состава ДГБ на казарменное положение для обеспечения общественного порядка в период с 17-31.01.1997 г., когда в Чечне были проведены выборы нового президента. Но госбезопасность Яндарбиеву не помогла – поддержанный авторитетными полевыми командирами и представителями основных тейпов победу одержал А.Масхадов.

НАЦИОНАЛЬНАЯ СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ ЧЕЧЕНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ИЧКЕРИЯ
В январе 1997 г. ДГБ ЧРИ был подвергнут реформированию – из его состава выделены подразделения, из которых образована Национальная служба безопасности (НСБ) ЧРИ. Директором новой спецслужбы был переназначен бригадный генерал А.Мовсаев.
1-е (основное) Управление НСБ видело свои цели в осуществлении оперативно-поисковой деятельности по следующим направлениям:
• контрразведывательное обеспечение силовых структур, религиозных организаций, иностранных граждан, политических партий и движений, СМИ, неформальных объединений, вооруженных сил;
• борьба с нарушениями законодательства среди наемников;
• обеспечение безопасности стратегических объектов;
• борьба с фальшивомонетничеством, коррупцией;
• соблюдение чистоты нации;
• борьба с нарушениями правил полиграфии, организованной преступностью, незаконными вооруженными формированиями, незаконным оборотом оружия и наркотиков, похищениями граждан, шпионажем и целым рядом других направлений.
В отдельных направлениях деятельности чувствуется живучий “дух Адольфа Гитлера”: что понималось под чистотой нации. Объектами наиболее пристального внимания Службы безопасности должны были стать политики, банкиры, бизнесмены, торговцы оружием, контрабандисты, неформалы, вооруженные группы, “челноки”, журналисты, военнослужащие, представители Российской Федерации.
С первых же дней Мовсаевым был проведен целый ряд шагов, направленных на улучшение дисциплины. Так, например, всем сотрудникам службы было запрещено выезжать за пределы Республики без соответствующего разрешения Директора. Приказ не относился к личному составу, выполняющему задания по линии Внешней разведки. Следующим шагом Мовсаева стало издание приказов об упорядочении подготовки и ввода в действие различных регламентирующих документов. Был установлен порядок первоначального визирования проектов приказов, инструкций и др. в Штабе и Секретной части НСБ. Таким образом, повышалась ответственность руководителей подразделений, представлявших на подпись эти документы, а также создавалась нормативная база, регламентирующая работу всех подразделений Службы. Позднее все документы, идущие на подпись к Директору, визировались его личным референтом.
13.02.1998 г. Парламент Чеченской Республики принял “Закон о люстрации граждан ЧРИ”, в соответствии с которым все кандидаты на руководящие посты в государственных учреждениях, министерствах и ведомствах, других структурах исполнительной власти должны были пройти соответствующую проверку на “благонадежность”. Осуществление мероприятия было возложено на НСБ. Была поставлена задача по сбору компромата на всех чиновников и полевых командиров, занимающих в чеченской иерархии более или менее высокое положение. В соответствии с указанием президента А.Масхадова в мае 1997 г. был принят к исполнению ряд мероприятий, обеспечивающих безопасность конституционного и государственного строя Чечни (то есть – личную безопасность президента, ценившуюся значительно выше, чем безопасность государства).
Среди них – подготовка планов оповещения и развертывания подразделений НСБ на случай чрезвычайных обстоятельств, организация плановых занятий по специальной и физической подготовке, проведение совместных командно-штабных (тактико-специальных) учений, материальное и оперативное обеспечение личного состава подразделений в условиях чрезвычайного положения. Координация этих мероприятий возлагалась на 1-го заместителя Директора бригадного генерала А.Баталова и начальника штаба НСБ бригадного генерала Л.Хултыгова.
Структура НСБ включала Центральный аппарат (Секретариат, штаб, Инспекция по личному составу, 3 Управления, подразделения обеспечения, подразделение “Т” по борьбе с терроризмом и ряд других структур), а также 10 районных отделов. Директор НСБ имел 5 заместителей. Был установлен жесткий график и порядок приема рядовых сотрудников НСБ; усилен контроль за регистрацией и исполнением внутри подразделений секретных документов. В том же месяце были проведены мероприятия по тестированию профессиональной пригодности всего личного состава подразделений Службы. Специальная форма из 76 вопросов была подготовлена Инспекцией по личному составу и называлась “Тест для профессионального отбора и проверки психологического уровня при приеме на работу и периодического тестирования сотрудников НСБ ЧРИ”. Необходимо отметить, что далеко не все тестируемые становились в будущем сотрудниками спецслужбы, точно так же, как не все принятые сотрудники впоследствии становились хорошими специалистами.
К августу 1997 г. руководство НСБ сменилось – ее Директором стал бригадный генерал А.Баталов. На время его отсутствия обязанности исполнял бригадный генерал Л.Хултыгов. С 03.09.1997 г. был установлен порядок подготовки еженедельных отчетов о проделанной работе, которые шли на обработку в Информационно-аналитический отдел НСБ. Структура Службы постоянно претерпевала изменения: создавались и упразднялись группы, отделения, отделы, службы и управления. Были проведены дополнительные мероприятия по наведению порядка в секретном делопроизводстве, обеспечению в ведении оперативной работы режима секретности, подготовке номенклатуры должностей всех подразделений, должностных обязанностей руководителей подразделений. С 13.09.1997 г., после получения Директором оперативной информации, сотрудникам НСБ было запрещено вступать в несанкционированные контакты с представителями иностранных государств. В первую очередь к ним относились миссионеры ОБСЕ и иностранные журналисты.
В середине сентября наметилась жесткая конфронтация НСБ ЧРИ с руководством Генеральной прокуратуры, которую не устраивала работа спецслужбы, сопряженная с массовым нарушением Конституции и законов ЧРИ. Неоднократные обращения генерального прокурора ЧРИ Х.Сербиева к А.Масхадову и парламенту оставались без какой-либо реакции. У А.Баталова была своя точка зрения на осуществление прокурорского надзора за деятельностью спецслужбы – она подчинялась исключительно А. Масхадову и не нуждалась ни в чьей дополнительной опеке. Тем не менее А.Баталов вынужден был перейти на другую работу, и с 30.12.1997 г. обязанности Директора НСБ исполнял Л. Хултыгов; он же с 6 января 1998 г. стал ее руководителем. Свою деятельность Л.Хултыгов начал с осуществления очередных реформ.
СЛУЖБА НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ ЧЕЧЕНСКОЙ РЕСПУБЛИКИ ИЧКЕРИЯ
В соответствии с Указом А.Масхадова № 17 от 12.01.1998 г., НСБ и ее структурные подразделения, в том числе и территориальные, были расформированы. Личный состав выведен за штат. 21.01.1998 г. было объявлено о создании Службы национальной безопасности (СНБ) ЧРИ с жестко определенным штатом в 150 чел., увеличивать который в течение 3-х месяцев было запрещено. Руководителем новой спецслужбы был назначен бригадный генерал Л.Хултыгов. Увольнение по собственному желанию или за незначительное дисциплинарное нарушение давало по прошествии определенного времени возможность снова восстановиться на службе. Должностные преступления такой возможности не оставляли. Сотрудники, совершившие их, лишались права занимать какие-либо должности в силовых структурах.
В течение февраля 1998 г. было уволено не менее двух начальников Управлений и их заместителей, не менее четырех начальников отделов и заместителей, более 20 сотрудников оперативного состава. Уже в марте все освободившиеся должности были заполнены за счет перемещения личного состава “по вертикали”. Отдельные сотрудники после переаттестации были назначены на должности с понижением. По истечении трехмесячного срока была проведена повторная переаттестация, а после нее – переназначение на должности. СНБ к тому времени имела 4 Управления и множество технических служб, а также 11 региональных отделов.
К этому времени криминализация чеченского общества достигла своего пика. Вчерашние соратники Масхадова по “освободительной борьбе”, частично поделившие государственные посты (власти на всех, правда, не хватало), перешли к краже нефти, похищениям людей, бандитизму, разворовыванию государственной собственности и денег, торговле наркотиками и оружием, другими прибыльными статьями бизнеса. Все попытки окружения Президента (а с ним – и силовых структур) помешать этому, потерпели неудачи.
Это было незабываемое время, когда люди (в том числе сотрудники СНБ), призванные охранять нефтяные богатства Республики, участвовали в их разворовывании. Аналогичная ситуация была практически в любой сфере, так или иначе связанной с быстрым получением денег. Испытывая недостаток власти, непризнанные “вожди нации” решили бороться с властью Масхадова. Только за 1998 г. сам президент несколько раз становился объектом проведения терактов. Аналогичные попытки были предприняты в отношении муфтия Чечни и члена Президентского совета А.Кадырова, руководителей силовых ведомств, депутатов парламента, сотрудников СНБ.
По Республике разъезжали многочисленные вооруженные спецназы, не раздумывая над проблемой, с кем и когда воевать – с очередным отделом СНБ, охраной изолятора шариатской госбезопасности или между собой. Так, 21 июня 1998 г. группой боевиков “Армии генерала Д. Дудаева” под командованием начальника штаба В.Джафарова было захвачено здание Госкомитета по телевидению и радиовещанию. Их шеф С.Радуев, видимо, решил приватизировать все эфирное время, не задумываясь о том, что он уже занимает слишком много времени, в том числе и на государственных каналах РФ.
В составе оперативной группы СНБ, выехавшей к месту происшествия, находился и Л.Хултыгов. При перестрелке, возникшей в ходе переговоров, Джафаров, Хултыгов и еще один сотрудник СНБ были убиты. Боевая операция родственнику покойного Дудаева не удалась. Служба безопасности завела дело предварительной оперативной проверки на С.Радуева, которое грозило перерасти в уголовное, но, вспомнили о былых заслугах “командующего фронтом”, и дело вскоре было уничтожено. Впрочем, его и невозможно было довести до шариатского суда – на защиту командующего в любой момент могла прийти его армия, только в Грозном насчитывающая 2500 бойцов. Противопоставить такой силе Масхадову было нечего. В очередной раз было указано, кто является действительным хозяином в Республике.
Исполняющим обязанности Директора СНБ был назначен бригадный генерал М.Кориев, который пробыл на этом посту недолго – уже в августе исполняющим обязанности Директора был назначен родственник покойного Л.Хултыгова – майор И.Хултыгов. Низкое звание нового “Директора” никого не смущало – тейповое происхождение, либо значительные деньги могли и делали еще не такое чудо.
В развитие Закона о люстрации в соответствии с Указом А. Масхадова от 03.11.1998 г. № 285 было объявлено о создании Государственной комиссии по рассмотрению материалов в отношении граждан, в период 1994-1996 гг. сотрудничавших в различной форме с российскими властями.
В состав комиссии, которую возглавил К.Махашев, вошел и Председатель СНБ. Стремясь к консолидации нации, Масхадов решил объединить ее на почве борьбы с врагами. В основном это коснулось русскоязычного населения. И опять – большинство дел оперучета в подразделениях спецслужбы касались именно этой части населения Чечни с характерными формулировками – “враг чеченской нации”, “национал-предатель” и “агент ФСБ”. Кроме того, именно в СНБ ЧРИ создавалась компьютерная база с информацией по “национал-предателям Чеченской Республики Ичкерия”.
Так началась чеченская эпоха маккартизма, эпоха “охоты на ведьм”, период поиска агентов ФСБ, “приспешников” Завгаева, Автурханова, Дениева и других лидеров оппозиции. Крайними, как всегда, были представители русскоязычного населения и родственники “врагов нации”. Именно они в первую очередь заполняли помещения Следственного изолятора НСБ/СНБ. Таким же образом устранялись политические соперники, у которых отсутствовали веские доводы в их непричастности к российским спецслужбам.
Каждый гражданин Чечни, получавший повестку с вызовом в здание СНБ, не мог рассчитывать на хороший исход визита. В лучшем случае его официально, под расписку, предупреждали об официальном предостережении о той или иной деятельности, “вредной всему чеченскому народу”. Ежедневно с постов МШГБ1 , ПТС, НГ ВС2 ЧРИ и других силовых ведомств доставлялись кандидаты на роль “врага нации” и “агента ФСБ”. После назначения руководителем спецслужбы И.Хултыгова работа 3-го Управления была практически парализована – большая часть сотрудников перешла на службу в МШГБ ЧРИ, последовав примеру бывшего исполняющего обязанности Председателя СНБ ЧРИ М.Кориева.
В марте 1998 г. в структуре СНБ было создано Управление по борьбе с преступностью, что было, несомненно, актуально. Новое 5-е Управление имело в своем составе оперативный, следственный и оперативно-технический отделы. Борясь с преступностью, спецслужба продолжала терять свои кадры. Только в течение 1998 г. против двух сотрудников СНБ были возбуждены уголовные дела, а материалы еще по пяти эпизодам были направлены в Главную военную прокуратуру ЧРИ.
Генеральная прокуратура ЧРИ постоянно напоминала парламенту и кабинету министров о массовых нарушениях законодательства и норм шариата. В конечном счете Комитетом по делам обороны и госбезопасности парламента ЧРИ было дано указание исполняющего обязанности генерального прокурора ЧРИ М.Тагирову подготовить справку, содержащую информацию по уже имеющимся конкретным фактам. Подготовленная Генпрокуратурой справка представила деятельность СНБ за 1998 г. в самом негативном свете: бесчисленные аресты граждан, не согласованные с прокуратурой; следствие, продолжающееся годами; высокая смертность подследственных; отсутствие позитивных результатов в деятельности; выполнение несвойственных функций. Назревала очередная реформа.
“В связи с введением полного Шариатского правления на территории Чеченской Республики Ичкерия и в целях централизации руководства спецслужбами, активизации их борьбы с преступностью и улучшения общественно политической обстановки в республики…” (указ А.Масхадова № 83 от 14.03.1999 г.) было создано Министерство государственной безопасности (МГБ). Министром назначен бригадный генерал Т-А.Атгериев с “единовременным исполнением обязанностей заместителя Председателя Кабинета министров (КМ) ЧРИ”. Новая спецслужба должна была объединить оперативные подразделения Службы национальной безопасности (СНБ), Особого управления Президента (ОУП), Управления по борьбе с похищениями людей (УБПЛ) и Управления по борьбе с терроризмом (УБТ). Все здания, сооружения и другие материально-технические ценности также передавались МГБ ЧРИ.
В соответствии с указом Масхадова, который новый министр Атгериев понял слишком буквально, уже 3 апреля 1999 г. он обратился в Национальный банк ЧРИ с требованием о прекращении каких-либо взаимоотношений со структурами, вошедшими в МГБ. 8 апреля того же года председатель СНБ ЧРИ И.Хултыгов пишет письма председателям парламента, конституционного и верховного шариатского судов, генеральному прокурору и начальнику государственно-правового управления при президенте ЧРИ, в котором ставит вопрос о неправомочности действий Атгериева. Хултыгов требует “в соответствии с действующим на территории ЧРИ законодательством… принять безотлагательные меры по пресечению нарушений законов ЧРИ (в виде постановления парламента ЧРИ, решения Верховного шариатского суда, Конституционного Суда ЧРИ, распоряжения государственно-правового управления ЧРИ, протеста генерального прокурора)”. Одновременно он информирует о том, что “СНБ ЧРИ будет принимать жесткие меры в отношении всех должностных и юридических лиц, препятствующих деятельности СНБ ЧРИ”.
Вся служебная переписка, ранее предназначавшаяся СНБ, стала поступать в МГБ ЧРИ, что вызвало недоумение ее руководителя – он воспринял указ Масхадова № 83 буквально. В своем письме от 12 апреля генеральному прокурору С.Албакову Атгериев сообщает, что “…служба национальной безопасности как самостоятельная структура ликвидирована. Дела, материально-технические средства и другие материалы, имевшиеся в СНБ, Министерству не переданы. Сама служба “СНБ” в структуре МГБ не значится”.
Разразившийся скандал тем не менее имел вполне устраивающие СНБ ЧРИ последствия – уже 20 апреля 1999 г. Парламент ЧРИ выносит постановление № П-219, который отменяет указ А.Масхадова о создании МГБ, как не соответствующий “… священному Корану, Сунне Пророка, …и Конституции ЧРИ”.
Самостоятельность Службы национальной безопасности ЧРИ была сохранена. Впрочем, ненадолго.
ПЕРВОЕ УПРАВЛЕНИЕ СНБ
Между подразделениями СНБ ЧРИ осуществлялось постоянное взаимодействие. Следственное управление нередко ставило перед другими управлениями определенные задачи оперативного характера, с которыми не могло справиться самостоятельно. Нередко это приводило к столкновениям интересов. Работа 1-го Управления строилась по следующим основным направлениям:
• “конституционная защита государственного строя ЧРИ;
• борьба с идеологическими диверсиями и подрывной деятельностью;
• контрразведывательное обеспечение стратегических объектов жизнедеятельности ЧРИ;
• контрразведывательная работа по борьбе с незаконным оборотом оружия, контрабанды наркотиков и незаконными вооруженными группировками”.
Наряду с этим 1-е Управление СНБ обеспечивало:
• безопасность делегации ОБСЕ, которая располагалась на территории драматического театра им. Ханпаши Нурадилова;
• безопасность передвижения по территории Республики А. Масхадова и других первых лиц;
• безопасность различных политических и зрелищных мероприятий (День независимости, религиозные праздники и т.д.).
По подразделениям Управления эта работа была распределена следующим образом.
1-Й ОТДЕЛ. Его деятельность осуществлялась по следующим направлениям:
1. Контрразведывательное обеспечение силовых структур ЧРИ (Министерство шариатской государственной безопасности; Государственная налоговая служба; Минюст; прокуратура). Это было наиболее ответственное направление деятельности, и по нему работали самые опытные сотрудники.
2. Контрразведывательное обеспечение органов государственной власти ЧРИ (Кабинет министров; Парламент; министерства и ведомства; органы местного самоуправления). Кураторы этих структур имели возможность выезда в загранкомандировки для контрразведывательного обеспечения различных правительственных, парламентских и иных делегаций.
3. Контрразведывательная работа в политических партиях, общественных организациях, религиозных движениях. К середине 1998 г. в ЧРИ насчитывалось более 60 таких организаций, образованных как самими чеченцами, так и миссионерами среднеазиатских и ближневосточных исламских государств.
4. Контрразведывательное обеспечение учреждений образования. Основная работа здесь велась по недопущению разворовывания бюджетных ассигнований, а также борьбе со взятками в высших учебных заведениях.
Так, сдача одной сессии в Государственном нефтяном институте (ГНИ) или Исламском университете (ЧИГУ) оценивалась в 200 долл. США. Довольно немногочисленный состав сотрудников отдела был явно перегружен: для работы по 4-му направлению (учреждения образования) выделялся только 1 оперработник.
2-Й (МЕЖРЕГИОНАЛЬНЫЙ) ОТДЕЛ. В центральном аппарате СНБ отдел постоянно был представлен одним или двумя сотрудниками. Весь остальной личный состав отдела работал по районам. Служебные задачи в принципе дублировали на низовом уровне все направления работы управления.
Особенностями комплектования районных (региональных) отделов было наличие оперативников, не проходящих по материалам Центрального аппарата СНБ. Так, на 16.09.1998 г. по материалам значатся только 13 сотрудников отдела, хотя на самом деле в каждом районе было более 10. Возможно, что комплектованием штатов районных аппаратов СНБ занимались исключительно их руководители. Именно сотрудники этого отдела отслеживали обстановку в приграничных с Чечней районах и направляли руководству СНБ информацию о количестве нефтевозов и цистерн с нефтью, покидающих Республику, блокпостах федеральных войск, настроениях местного населения, а также по целому ряду других вопросов.
3-Й ОТДЕЛ. Работа отдела строилась по следующим направлениям.
1. Незаконные вооруженные формирования. Особо пристальное внимание в работе по этому направлению уделялось:
• движению “Джамаат” (ваххабиты) во главе с Махмадом Вахитовым;
• представителям “Армии генерала Д. Дудаева”;
• подразделениям бригадного генерала Ш. Басаева;
• подразделениям наемников под командованием Хоттаба;
• сторонникам “Халифа-Адама Автуринского” Шамалы Хожаевича Дениева.
Во всех перечисленных незаконных вооруженных формированиях отдел имел довольно устойчивые агентурные позиции: даже в окружении Хоттаба работал агент “Бедуин”, араб, личный представитель Усамы бен Ладена, завербованный СНБ во время пребывания в Чечне.
2. Незаконный оборот и торговля наркотиками. Отдельные эпизоды изъятия наркотических средств действительно были, но говорить об осуществлении планомерной работы в этом направлении просто не приходится – этот бизнес также контролировали незаконные вооруженные формирования. За 6 месяцев 1998г. за торговлю наркотиками было арестовано 3 человека.
3. Борьба с терроризмом. Оперативный состав в основном занимался, наряду с другими спецслужбами, обеспечением безопасности первых лиц государства. Практически любое мероприятие с их участием сопровождалось беспрецедентными мерами безопасности с привлечением личного состава всех управлений СНБ. В конце июля 1998 г. четыре сотрудника 3-го отдела 1-го Управления были похищены боевиками. Их удалось освободить только при участии Управления по борьбе с похищениями людей и иными тяжкими преступлениями (УБПЛ и ИТП) МШГБ ЧРИ.
4-Й ОТДЕЛ. Работа отдела осуществлялась по наиболее важным промышленным объектам республики, к числу которых относились предприятия Газпрома ЧРИ, промышленные объекты Министерства топлива и энергетики, автотранспортные предприятия, объекты энергетики, аэропорт им. Шейха Мансура (Северный), представительство РФ в ЧРИ, железнодорожный узел, промышленные предприятия (заводы “Красный Молот”, “им. Анисимова” и т.д.) и другие объекты. Практически по всем этим объектам велась работа. Как правило, она концентрировала информацию о кадровом составе предприятий и организаций, финансовые документы и договора, заключенные с другими организациями. Если информация по рабочим и служащим предприятий и организаций еще использовалась для подбора агентов, то вся остальная документация практически не находила применения. Да это и не было нужно – в республике все уже было давно “схвачено”. Для отдела была характерна невероятная текучесть кадров. Так, за один год в 4-м отделе сменилось до 95% оперативного состава; пополнялся он за счет молодых сотрудников, у которых опыт работы совершенно отсутствовал.
НЕОБХОДИМОЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ
Как и любое другое государство, самопровозглашенная Чеченская Республика Ичкерия имела собственные специальные службы и силовые ведомства, остро конкурировавшие между собой в течение 1991-1999 гг. К числу таковых можно отнести, например:
• Особый отдел Департамента государственной безопасности и Национальная служба безопасности;
• Служба национальной безопасности и Министерство государственной безопасности;
• Министерство шариатской государственной безопасности и Министерство внутренних дел.
Оперативно-розыскной деятельностью занимались Особые отделы Национальной гвардии и Генерального штаба ВС ЧРИ. Страна была буквально наводнена спецслужбами, но порядка не было и не могло быть – как из-за слабости спецслужб, так и ненужности этого порядка. Кроме официальных государственных структур успешно существовали их “конкуренты” – частные спецслужбы, созданные наиболее влиятельными полевыми командирами. В качестве примера таковых можно привести Антитеррористический главный разведывательный центр армии генерала Джохара Дудаева, созданный С.Радуевым и его соратниками. Причем, это не первоапрельская шутка – “борьбой с терроризмом” действительно “занимались” профессионалы чеченского и мирового террора. Руководитель каждой из спецслужб был близок к Президенту ЧРИ – он назначался им лично. Нередко с подачи собственного руководства министерств, отделов, управлений между спецслужбами возникали серьезные конфликты, ставившие целью дискредитацию соперников. Так, например, в начале 1998 г. министр МШГБ ЧРИ И.Халимов вынашивал планы по ликвидации уже имеющейся в структуре СНБ контрразведки и созданию собственной.
В результате своевременно полученной руководством СНБ от своих агентов в МШГБ информации, эту “подрывную” работу удалось локализовать, а самого Халимова отправить в отставку. Именно в таких, экстремальных ситуациях решающее значение имеет получение спецслужбой той или иной информации от своих агентов (или источников). Распоряжаться такой информацией можно по-разному, например, шантажировать лицо “Икс”, причастное к какому-либо направлению чеченского криминального бизнеса, с целью получения от них “отступного” или вхождения “в долю”. Можно продать информацию конкурентам “Икс” и пополнить собственный карман, либо предложить ее заинтересованным иностранным разведкам, продолжающим уделять Чечне самое пристальное внимание. Существовала еще масса способов заработать деньги на этой информации, и они практически все использовались: большими начальниками в большей мере, маленькими начальниками – в меньшей, ну а рядовыми сотрудниками СНБ/ДГБ/МШГБ/Особого отдела – в той мере, которой они заслуживали в соответствии со своим рангом.
Для человека с деньгами (связями) не составляло труда приобрести красивые документы с подписями и печатями с гордо поднятой головой волка на чеченском флаге, клятвенно заверяющего каждого, что его обладатель – начальник Шатойского регионального отдела СНБ ЧРИ, командир взвода спецподразделения “Борз”, рядовой спецназа “Акула”, командир роты ИПОН, начальник отдела УБПЛ или Галанчожского отдела МШГБ. А приобретя его, использовать по своему усмотрению – арестовывать, насиловать, грабить, убивать, брать в рабство и т.д. и т.п. Практически все грехи были отпущены заранее; единственное, что могло остановить такого “человека” – пуля такого же “крутого спеца”.
Издаваемые правительством и парламентом ЧРИ законы, указы президента Масхадова должного действия не имели. Если граждане на них еще как-то реагировали и обращали внимание, то “привилегированные сотрудники” об этом не задумывались – за них думали и решали боссы. Располагая неплохими (для общего состояния спецслужб, силовых ведомств, законодательных и исполнительных органов власти) кадрами Службы национальной безопасности, максимально используя их потенциал в собственных, частных интересах, политическое руководство Чечни в лице Масхадова и его приспешников практически ничего не сделали для всего остального народа.
Служба национальной безопасности – правопреемница ДГБ и НСБ ЧРИ – была основной спецслужбой, осуществлявшей контрразведывательную и разведывательную деятельность на территории Чечни и за ее пределами. Именно она была официальным ангелом-хранителем действующего президента. Оставаясь по большому счету “карманной” структурой, призванной охранять и оберегать А.Масхадова и его приближенных, она, в силу сложившихся обстоятельств, не смогла что-либо противопоставить хорошо вооруженным и оплачиваемым “бригадам” чеченской нефтяной, рабо-и наркоторговой мафии. В целом ряде случаев сотрудники СНБ предпочитали работать на своих боевых товарищей, “разбогатевших” на широчайшем спектре специализаций чеченского криминалитета. С началом проведения Вооруженными силами РФ и ее спецслужбами антитеррористической операции на территории Чечни Служба национальной безопасности прекратила свое существование.
Вполне вероятно также, что некоторая часть сотрудников спецслужбы после августовских событий 1999 г. вернулись в те же самые банды, благодаря непосредственному участию в которых они разбогатели и заняли место в самой влиятельной спецслужбе Чечни. Надолго ли? Последний министр МГБ ЧРИ Т.-А.Атгериев и руководитель “Антитеррористического центра” С. Радуев уже “отдыхают” в Лефортово, будем ожидать – кто же станет следующим его постояльцем? Не справившись с возложенными на нее обязанностями, оставаясь, по сути дела, сторонним наблюдателем за всем криминальным беспределом в Чечне образца 1996-1999 г., СНБ ЧРИ тем не менее выполнила свою главную и основную задачу – не дало полевым командиром уничтожить своего босса – Президента Халида (Аслана) Масхадова.

Комментирование закрыто, но вы можите поставить трэкбек со своего сайта.

Комментарии закрыты.

Локализовано: Русскоязычные темы для ВордПресс